- И что же главнее всего? – поинтересовался у меня этот доверчивый мужчина.
Я насмешливо посмотрела на него и встала со стула, чтобы приоткрыть окно – нужно было пользоваться и наслаждаться последними теплыми днями в Амьене. Уже совсем скоро похолодает, с горы Вашар снова будут сползать туманы, укутывая наш город в белое покрывало мрачной безнадежности.
Да, пока есть повод радоваться жизни и наслаждаться теплом – нужно это делать!
- Что главнее? – повторила я, и после недолгой паузы продолжила, - Разумеется, клятва. Вы сейчас же дадите мне магическую клятву что, если я вас исцелю – вы выполните мою просьбу.
Мужчина недовольно посмотрел на меня, сдвинув густые брови к переносице. Я на такой взгляд перестала реагировать еще в раннем детстве – отец тоже частенько пытался усовестить меня подобным образом.
- Я ведь итак дал вам свое слово. А оно уже немалого стоит.
- И я ценю это, - вежливо, но с капелькой саркастичности в тоне голоса, ответила я, - Но с клятвой будет надежнее.
Я, в отличие от Уильяма, излишней доверчивостью никогда не страдала.
Скрестив руки на груди, я выжидательно смотрела на Уильяма, который продолжал недовольно на меня смотреть. Сдаваться я была не намерена. Вот еще! Вылечу его, а он оставит меня с носом, даже «спасибо» не сказав…
- Будь по-вашему, - выплюнул Уильям, - Не люблю я ваши ведьминские штучки…
- Придется полюбить. Лечить я вас буду, между прочим, тоже с помощью ведьминской магии, - оскорбилась я, устав слушать оскорбительные намеки по поводу своего дара.
И почему Уильям так не любит ведьм? Уж не зависть ли это…
- Приступайте, давайте уже покончим с этим!
Я пожала плечами и, с показательным предвкушением потерев ладони, приблизилась к мужчине.
- Сестра-покровительница, - начала произносить я ритуальную фразу, призывая силу, - Будь свидетельницей услышанному здесь и сейчас! Я, Инесса Жанти, клянусь приложить все свои усилия, дабы излечить Уильяма фон Леманна от последствий магических травм. Платой за излечение будет услуга, озвученная мной после излечения. Услуга не будет идти в разрез с законом чести. Клянешься ли ты, Уильям фон Леманн, оказать мне эту услугу в случае, если я смогу тебя исцелить?
Уильям кивнул, разглядывая мою ладонь, мерцающую полупрозрачными огоньками – Сестра услышала меня!
- Клянусь, - тихо ответил эрфартиец, и я кивнула на свою ладонь, указывая, чтобы мужчина приложил к ней свою.
- Клятва услышана, - с облегчением произнесла я и мысленно поблагодарила Сестру, пообещав сегодня же принести ей дар.
- И что будет, если я не выполню обещание? – с опаской поинтересовался Уильям.
Я похлопала мужчину по плечу, спиной ощущая как приятный ветер играет с моими локонами.
- Ничего страшного не произойдет. Исцеление обернется вспять, и вы снова заболеете, - ответила я, - Но вам нечего бояться. Как вы сами мне говорили – есть ваше честное слово, которое вы не нарушите. Ведь так?
Уильям резко поднялся со стула, возвысившись надо мной и немало меня напугав. Мужчина положил левую руку на мое плечо, а правую руку медленно приблизил к моей щеке, и осторожно убрал локоны за ухо.
Я выскользнула из рук Уильяма, явно надо мной потешавшегося, и сказала:
- Надеюсь, вечером вы не притащите в мой дом гостей! После ужина начнем лечение.
И я решительно вышла из кухни.
- О, привет! – поздоровалась Лаура, открыв мне дверь.
Я стояла на крыльце дома подруги, одетая в свое любимое красное платье в горох. На голове моей красовалась богемного вида шляпка матери – помнится, матушка разочаровалась в ней, едва примерив. А я сразу же влюбилась в нее и с удовольствием носила уже который год, хотя подходила шляпка не ко всем нарядам – синяя, с шелковыми серыми лентами, она удивительно гармонировала с моими волосами и придавала мне мрачноватый вид.
Все, как я любила!
- Прогуляемся? – предложила я, отказавшись зайти в дом на чашку чая – напилась уже, спасибо.