- Ну и какой он? – спросила Лу, отстукивая пальцами по столу.
- Как все. Разве что не просто солдат, а майор. Хотя он еще молод, ненамного меня старше, - ответила я подруге, - Чей-то сынок, скорее всего.
- Будь с ним осторожна. У меня поселили лейтенантика. Пугливый мальчишка, стесняющийся нас, - со смешком произнесла Лаура, - Даже странно, что это нежное создание было на войне. Но мой хоть скромный, потому как мелкота. А майор – это уже серьезно. Так что…
- Я буду осторожна! – пообещала я Лауре.
Я готова была пообещать подруге все что угодно. Абсолютно все, лишь бы не слушать нотации.
Жизнь свою я ценю, но и вытирать об себя ноги не позволю. И прислуживать врагу я не стану!
ГЛАВА 4
Ужинать я привыкла в столовой. Раньше – с семьей, теперь – с Терезой.
Скоро и Тереза меня покинет. Именно к этому все и идет. Я ведь вижу ее взгляд – хочет уехать, но не знает, как сказать мне об этом. В Рамее у Терезы дочь, и мне следует отпустить ее.
Тереза была женщиной старого типа – война и перемены с ней связанные надломили ее. Боюсь, этот новый, пугающий мир не для нее. Наверное, и мои родители, если бы были живы, не смогли бы продолжать спокойно жить рядом с врагом, забыв о былом…
Но как же не хочется оставаться в одиночестве!
Я выбросила эти мысли из головы, решив обдумать все завтра. Сейчас я была занята тем, что выставляла на стол нарезанные яблоки и отварной картофель. Надеюсь, Уильяму понравится! Ничего другого он от меня не получит!
Я захихикала, вспомнив лицо отца, когда матушка решала лишить его мяса и потчевала овощами и фруктами… Думается, и Уильяма не вдохновит этот изысканный ужин.
Кстати, где он, интересно?
Словно в ответ на мои размышления, входная дверь отворилась, и я услышала шаги. Надеюсь, что у Уильяма был трудный день!
Я сидела во главе стола и ждала своего постояльца, не притрагиваясь к пище. Через несколько мгновений Уильям, так и не снявший китель, вошел в столовую.
- Добрый вечер, месье Леманн!
- Если вы настаиваете на обращении «мадемуазель», то и ко мне я прошу обращаться герр Леманн. Или майор Леманн, - ровным голосом парировал Уильям, - Впрочем, раз уж мы с вами живем под одной крышей, предлагаю упростить наше общение и называть друг друга по именам.
Еще чего не хватало!
Мужчина оглядел стол и стоящие на нем скудные яства и, не сделав мне ни единого замечания, сел напротив меня.
- Вы, разумеется, можете называть меня так, как вам будет угодно. Но я предпочту не нарушать правил этикета, герр Леманн.
Чопорности моего голоса позавидовала бы и моя соседка – мадам Эфира, ратующая за всеобщую религиозность и нравственность. Меня она еще в раннем детстве окрестила распутницей из-за, как она сказала, моих бесстыжих глаз. Но сейчас и мадам Эфира не смогла бы придраться ко мне – я была сама вежливость.
- Как вам будет угодно, мадемуазель Жанти, - пожал плечами мужчина и не смог сдержать болезненный вздох.
Надеюсь, он не умрет в моем доме! И так хватает проблем…
Я, как радушная хозяйка, подошла к своему постояльцу с тарелкой отварного картофеля, которую поставила перед ним. И, придвинув соль, вернулась на свое место.
- Благодарю, мадемуазель.
Уильям начал трапезу, изящно орудуя ножом и вилкой. В глубине души я надеялась, что мужчина упрекнет меня за скудность пищи. Я бы ему ответила…
Ведь из-за эрфартийцев мы все обнищали так, что в Амьене – житнице Аверны нам буквально нечего есть. Все шло на нужды войны. Но Уильям не дал мне шанса отвести душу и затеять скандал.
Наверное, к лучшему. Кто знает, чем бы закончилась наша ссора! Теперь он здесь хозяин, а не я. Пора бы мне это принять.
Мужчина ел, на удивление, мало. Я слышала, что эрфартийцы обладают неуемным аппетитом, хотя… При их рослости, было бы странно, если бы они были умеренными в пище.
Что я знала об эрфартийцах помимо эталонов их красоты? Не слишком многое. Издавна в Эрфарте существует практика одобрения: когда мужчина и женщина хотят вступить в брак, им необходимо получить на это особое разрешение. Очень часто отказывали, ссылаясь на неполноценность будущего потомства. И невесту, и жениха всесторонне изучали: их родословные, здоровье, соответствие идеалу… Ведь для Эрфарты главное – дети. Чистокровные, правильные дети. И если потомство, возможно, будет не соответствовать идеалу, то брак невозможен.