— Я понятия не имею, кто это! — произносит в своё оправдание блондин, продолжая испепелять меня взглядом.
Боковым зрением вижу, как девушка фыркает, круто разворачивается и несётся прочь из комнаты. А её молодой человек, ещё раз выругавшись, спешит следом.
— Оставь меня в покое, Ярослав! — шипит она, когда её задерживают в узком коридорчике. — Я прекрасно понимаю, что эта девка делает у тебя в квартире!
— Я тут ни при чём! Дай мне во всём разобраться.
— Да в чём тут разбираться? Я и так скажу тебе, что происходит! Тебя в постели ждала расфуфыренная краля, чтобы ты хорошо провёл время после долгой дороги! Да вот незадача: ты явился сюда со своей законной девушкой и обломал сюрприз! И какие бы оправдания вы мне тут ни пели, я не поверю ни единому слову! Счастливо оставаться, Алексашин!
Слышится громкий хлопок двери и очередная нецензурная брань. Парень, может, и холёный красавчик, но жуткий сквернослов. И вот даже думать не хочу, как ругалась бы сама, попади в такую щепетильную ситуацию!
Спустя пару-тройку секунд в комнате загорается свет, и я снова встречаюсь с чуть прищуренными голубыми глазами. После сна мне сложно привыкнуть к освещению. Слепну, как крот, высунувшийся из норы, и ныряю под одеяло с головой.
— Не поможет, бигудюшка! Вылезай из моей кровати и колись, кто ты такая и что тут делаешь! — требует парень.
Слышу его стремительное приближение и успеваю только коротко пискнуть, прежде чем он наклоняется ко мне и стягивает одеяло с головы. Блондин очень близко. Пропадаю в его светло-голубых, как чистое летнее небо, глазах, в которых спустя лишь мгновение неподдельный интерес сменяется раздражением.
— Полянская? — фырчит парень тоном «ну, конечно, я должен был сразу догадаться!» — Вот это номер, красотка, аплодирую стоя!
Никакая я не Полянская! Я Борисова. По крайней мере, пока…
— Простите… — едва слышно молвлю я.
— Простите? — Парень весело ухмыляется. — С каких пор твой царский зад перед кем-то извиняется? Ликуешь, небось, что Вика меня послала, да? Как пробралась сюда только, а? Антон ключи дал? Ну конечно, больше некому!
— Он просто помог. Всё не так, как вы думаете! Я не…
Мне не дают сказать, прерывая громким, почти отчаянным хохотом:
— Ой, да брось! Мы оба прекрасно знаем, что ты мечтаешь сюда, — его указательный палец устремляется на диван подо мной, — залезть уже довольно давно. И что ещё за «вы», девочка?
— Хорошо, ТЫ неправильно всё понял! — смелее заявляю я. — Антон обещал тебя предупредить…
— Знаешь, я вот даже понимать ничего не хочу. Думал, что в прошлый раз мы с тобой всё выяснили и поняли друг друга. Ошибался. Я, конечно, не любитель обижать девушек, но всё же позволю себе позвонить Антону и выставить тебя отсюда. Пусть забирает свою королеву красоты из моей скромной хибары.
Обиженно закрываю рот и наблюдаю, как полуголый красавчик отворачивается к окну, прикладывая телефон к уху. Выставила сестру в нехорошем свете перед этим надменным кретином, и даже оправдаться нормально не могу! Надо же, я всего лишь день как приехала, а уже доставила Яне столько проблем.
Неловко поднимаюсь с дивана и холодно произношу:
— Не утруждайся, я сама найду выход.
Блондин продолжает звонить брату (если сравнивать внешне — младшему), но всё-таки соизволяет вернуть наш зрительный контакт. Его глаза нагло бегут по моей коротенькой белой сорочке, пока я кутаюсь в халат, а губы снова кривятся в пренебрежительной усмешке.
Со злости рву со стула отутюженное платье и запихиваю его в чемодан, дёргаю молнии замка и, гордо задрав подбородок, топаю к выходу. Всё под пристальным взглядом кристально-голубых глаз.
— Э, позволь заметить: ты в халате, — осторожно замечает он, отключив телефон и так и не дождавшись ответа.
— Надеялся, я перед тобой раздеваться стану? — фырчу я в ответ.
— Ну что ты, даже в самом страшном кошмаре вообразить не посмею! Могу убраться на кухню, а ты приведёшь себя в порядок…
— Обойдусь…
— Если позволишь, ещё одно маленькое замечание: на голове у тебя сейчас не корона.