Это и правда дом, не квартира. Огромный двухэтажный особняк со своим двором, садом, большими клумбами осенних желтых и оранжевых цветов. Здесь их так много, словно какой-то рай, вот честно. Я что, была такой хорошей хозяйкой? Зачем нам вся эта красота?
Дом обставлен в простом современном стиле, но вещей мало. Кажется, мы с мужем не любили шопинг. «Мы с мужем», полегче, детка.
— Выходите на террасу. Хозяин ждет вас.
От этого слова я вся сжимаюсь.
— Хозяин?
— Да, Марат Измаилович. Ваш муж.
Зарема мило мне улыбается, а я чувствую себя какой-то инопланетянкой.
Я выхожу на террасу, видя прекрасно накрытый стол. Мой незнакомый муж уже там. Весь в белом, Марат и правда очень похож на восточного принца, даже на какого-то правителя, шейха, не знаю. Широкий разворот плеч, красивые руки, внешность идеальная. От него сложно отвести взгляд, и я уже его ревную. Сама к себе.
Я же надела платье, которое мне принесла Зарема. Длинное, до самых щиколоток, оно точно моего размера, сиреневое, воздушное и легкое.
— У вас очень красивый дом.
— У нас. Это и твой дом тоже, Никки. Садись.
Спорить не решаюсь, тем более что желудок призывно урчит. Здесь несколько блюд, пахнет просто прекрасно.
— Выглядит аппетитно.
— Пробуй.
Рис с мясом еще горячий, овощи, какие-то соусы, лепешки, специи и фрукты. Много сладостей, которые я впервые вижу.
— Это вы готовили?
— Зарема старалась.
Любопытство берет верх, и я беру одну из соусниц и щедро макаю в нее лепешку.
— Нет, стой, что ты делаешь?
— А-а-а!
Боже, это какой-то перец с перцем! Острое, огненное просто.
— О боже, жжет!
Слезы мигом собираются в глазах, машу перед лицом руками, ища воду, которой нет.
— Вот, возьми это. Поможет.
Марат дает мне какие-то травы, и я их жую. Отпускает.
— А вы хитер, однако. Убить меня решили?! — возмущаюсь, а Марат усмехается — так заразительно, красиво.
Улыбка шикарная — впрочем, как и он весь. Шрам только меня пугает, словно выдает: «Не ведись, Николь, он не так прост, как хочет казаться».
Вижу, как Марат щедро поливает этим же соусом свой рис и пробует. Господи, он ест руками! Как варвар, и что-то не видно, что ему хоть чуточку остро.
— Ты так и не привыкла к острым ощущениям, моя нежная жена, но это поправимо.
Прозвучало двусмысленно, Марат подмигнул мне, а я почувствовала, как зарделись щеки. Он так посмотрел на меня, что мне стало не по себе. Будто взглядом раздевал, в его присутствии я точно натянутая струна.
— Марат, где мои родители?
— Погибли.
— А братья, сестры?
— Ты была единственным ребенком в семье.
— А как мы с вами познакомились?
— В твоем университете.
— Хм, вы были студентом?
— Нет, я участвовал в лекции как преподаватель.
— Что именно вы преподавали?
— Самооборону.
Тут до меня вроде бы доходит. Он явно тренированный, вот и причина.
— А вы, наверное, полицейский или что-то подобное.
— Я военный врач, хотя это ты меня ранила.
Снова этот двойной смысл, но, черт, я не понимаю, к чему он клонит!
— Я вас ранила? Куда?
— Сюда.
Показывает на сердце, усмехается. При этом Марат так и ест руками. Приборы лежат отдельно, он их даже не касался. Вроде бы это даже неприлично, но, мама дорогая, то, КАК он ест, — это просто отдельное искусство. Точно тигр, в этом есть что-то дикое и так завораживающее меня.
— Шутка, да?
— Ну, посмейся.
Это было грубо, как-то даже резко. Марат отодвинул тарелку и вытер руки салфеткой.
— Вам никто не говорил, что вы едите как варвар?
— Раньше тебя это не смущало, особенно тогда, когда я тебя кормил с рук.
Один-один. Ладно.
— А где наши свадебные фото, можете показать?
Коронный удар, вот тут он спалится.
— У нас нет свадебных фото.
— Потому что мы не женаты!
— Нет, потому что ты не любишь фотографироваться. Ты сама так захотела.
— Я вам не верю.
— А я не заставляю тебя сразу поверить мне.
— Я хочу домой.
— Ты дома, — спокойно, но напористо, и что-то мне подсказывает, что этот красавец носит маску. Не знаю как, я просто это чувствую. Он такой доброжелательный и прямо до сахарного приятный, обходительный и добрый хозяин.
Все ложь, клянусь, от первого до последнего его слова.
Словно все отработано до автоматизма — так не бывает, либо у меня крепкая такая паранойя и я серьезно прикопалась к человеку.
Поднимаюсь, обхватываю себя руками.
— Я хочу домой к себе на квартиру. Пожалуйста, вы же не собираетесь держать меня здесь насильно?