Души Пустых не сгорели в демоническом пламени – душа не может сгореть, - они воплотились в сердцах демонов. Люди грешны – демоны пришли наказать людей и за грехи забрать их души. Демоны благословлены богами – пожирая человеческие души, они становятся существами высшего порядка, ибо отныне обладают человеческой душой, соединенной с вечным пламенем. Демонов не нужно убивать – люди должны сами отдать им свои души. Так хотят боги. Смиритесь и примите неизбежное – люди погрязли в грехах, а демоны пришли, чтобы наказать их и занять их место. Люди должны принять свою судьбу и... стать Пустыми.
Вот таким примерно было учение Церкви Пустых. И приверженцев у безымянного проповедника оказалось немало. В первое время люди пребывали в постоянном страхе, везде царила паника. Многие не верили, что демонов можно одолеть, и им проще было поверить, что Церковь Пустых говорит правду: нужно смириться, и твоя душа перейдет к демону, который придет за ней.
И наверное, люди покорно позволили бы демоническим тварям себя уничтожить, но в какой-то момент пришло спасение. В мире людей начали рождаться дети, наделенные особым даром. Их назвали магами.
Откуда к людям пришла магия, никто не знал до сих пор, но и мой отец, и лорд Кингсворд, и Гравис, и другие маги королевства были потомками первых магов.
Дар у каждого рода был свой, особенный и неповторимый. Всегда передавался по наследству – из поколения в поколение. Благодаря магам противостоять вторжению демонов из-за Границы Миров стало возможным. Страх людей уменьшился, в их сердцах поселилась вера, и Церковь Пустых стремительно стала терять свое влияние.
Люди больше не желали слушать призывы смириться и стать Пустыми. Люди пожелали бороться за свои души.
Но Пустые, или проще говоря, выгорни, не исчезли. Множество раз демоны совершали прорывы и врывались в мир людей, нападая на них, пожирая демоническим пламенем их души. Однако за последние десять лет, что Граница была запечатана, новые выгорни не появлялись, а большинство появившихся ранее, были пойманы.
Однако я знала что в лесах возле Границы все еще иногда, очень редко, можно наткнуться на Пустого...
БАХ!
Я вздрогнула, когда окружающую меня тишину разорвал громкий звук. Вскинула глаза, и заметила, как распахнулась от удара дверь часовни. Послышались шаги, а следом в дверном проеме часовни возникла фигура.
Это был мужчина – старый, с длинными грязно-серыми седыми волосами и бородой ниже пояса. Его рваная изношенная одежда свисала в нескольких местах лоскутами, но его это, кажется, не беспокоило.
Он нес в руках огромный тюк – большой кусок грязной ткани, набитой чем-то шуршащим и мягким. В мою сторону он не смотрел, и я сидела тихо, боясь привлечь его внимание. У старика был заторможенный вид, и он показался мне одним из тех безумных бродяг, которые иногда бесцельно бродят по лесу, не помня, кто они.
Шаркающей походкой старик подошел к противоположной стене и бросил возле нее тюк. Наклонился, возился какое-то время, пока я дрожала от страха и боялась даже дышать. А когда отошел, я увидела расстеленный на полу кусок ткани размером с плащ или накидку. Поверху настилом лежала сухая листва. Я поняла, что это было. Старик приготовил себе постель для сна, а ворох листвы, принесенный из леса, должен был послужить ему вместо перин, чтобы удобнее было спать на твердом полу.
Вжавшись в стену, я наблюдала за ним, и не могла решить, что делать. Если этот старик был тем, кто оглушил меня и притащил сюда, то зачем он это сделал? Зачем я ему нужна? Но что если все было не так?
Допустим, на меня напали разбойники, чей путь сегодня лежал через Запретный лес. Они решили меня ограбить и поэтому напали. А старик, видимо, временно нашедший приют в этой заброшенной часовне, просто наткнулся в лесу на меня, лежащую без сознания, и принес сюда из лучших побуждений.
Опустив взгляд на руки, я пожалела, что не могу проверить свою теорию. Деньги были надежно припрятаны в потайных кармашках одежды, до которых мне сейчас не добраться. Впрочем... если бы разбойники искали деньги, то, скорее всего, моя одежды сейчас была бы разорвана...
Услышав шаркающие шаги, я быстро вскинула взгляд, и судорожно втянула в себя воздух – старик направлялся ко мне. Сглотнув, я подалась назад, но вжаться в стену еще сильнее было уже невозможно.
Преодолев расстояние между нами, старик подошел совсем близко, и я ахнула, разглядев его лицо, с которого на меня смотрели абсолютно белые яблоки глаз, без намека на зрачки.