Как же он изменился! Прям пышет энергией и сексуальностью. Это уже не тот зажатый скромняга, с которым я мутила в Тае. Мы теперь чужие. Мысль, словно лезвие, полоснула по сердцу.
— Лиза! — зовёт меня Анька, когда я невозмутимо прохожу мимо парты Арка. — Тут туса намечается в «Тайге», ты как? Или как обычно. Учишься? И спатеньки в девять?
Девчонки начинают мерзко хихикать. Аркаша, не мигая, глядит на меня, словно изучает. Уголки его губ приподнимаются. Вот же стервы! Ботанкой меня хотят выставить? Вздергиваю подбородок.
— Мы пойдем, правда, Галь? — тыкаю подругу под ребро.
— Угу, — она явно не ожидала от меня такой прыти.
Обычно ведь я либо учусь, либо помогаю Владе с моими братиком и сестричкой. Не тусовщица, одним словом. Как по мне, лучше провести вечер с хорошей книгой или старым фильмом, чем вдрызг пьяной в сомнительной компании.
— А ты, Ааарк? Пойдешь? На всю ночь, будет круто! Ну пошлиии! Познакомимся поближе! — щебечут девчонки.
Парень вздыхает, затем снова бросает на меня равнодушный взгляд. Меня словно окатывает ледяной водой.
— Нет, у меня тренировка вечером. После неё нужно выспаться. Ну что, помощница старосты? — обращается ко мне. — Когда поведешь меня на экскурсию?
— После лекций, — уверенно заявляю, глядя прямо в наглые серые глаза мажора.
— Отлично, — ухмыляется, — буду ждать с нетерпением.
Глава 4
Лиза
Ефимов Степан Никанорович — милый старичок, божий одуванчик. На экзамене превращающийся в монстра. И, как сказала Галя, он очень меня любит.
— Привет, молодежь, — скрипит препод, направляясь к своему столу, — о, Лизонька, добрый день! Как отдохнула?
— Здравствуйте, — улыбаюсь, — отлично, Степан Никанорович.
— Ну что, готовы к новому учебному году и второму курсу моего предмета? — дедулька надевает очки, затем осматривает присутствующих. — У нас новенький? Лиза?
— Да, Степан Никанорович, — отзываюсь.
— Интересно, — он цокает языком, — ну-ка покажитесь, молодой человек.
Арк встаёт, выходит. Все наши таращатся на него. Облизываю губы, стараясь не смотреть на его хищную походку. Девчонки вздыхают, парни смотрят с завистью.
— Спортсмен, значит? — заявляет Ефимов. — С претензией в олимпийскую сборную?
— Да, — коротко отвечает парень.
— И что же? Вы проходили мой предмет, Аркадий?
Сейчас будет интересно. Ефимов из тех преподов, которые плюют на всякие достижения, помимо знания его предмета. Я это отлично усвоила, так что хожу в любимчиках.
— Проходил, — чеканит мажор, а внутри меня всё закипает.
Ефимов растекается в довольной ухмылочке.
— Тогда ответьте на парочку вопросов, — препод листает свою старенькую тетрадочку, — итак...
Он спрашивает, а мой Арк отвечает. Три вопроса — три чётких ответа. При этом он не сводит с меня взгляда, на губах победная ухмылка.
— Отлично! Признаться, не думал, что вы так подкованы, Аркадий, — Ефимов отпускает мажора, тот садится на место, — мне это нравится. Я всегда говорю: в здоровом теле — здоровый дух!
— Ну да, конечно, — фыркает Галька, — а помнишь, как он наших футболистов отчитывал перед ректором? Брюзжал, что они слишком заняты спортивными достижениями...
— Угу, — рассеянно киваю.
И как назло, Арк уселся прямо передо мной. Как знал!
— Но это было круто, — не успокаивается подруга, — по-моему, он тебе вызов бросил, Лизка. Ты же у нас лучшая сейчас. А Ефимов любит, когда за оценки конкурируют.
Все перешептываются, с восторгом глядят на Аркашу. Знали бы они...
Звонок приводит меня в чувство.
— Лизонька, подойди, — зовет меня Степан Никанорович, — что с тобой?
— О чем вы? — спрашиваю.
— Ты всегда очень собрана на занятиях. А сегодня словно витаешь в облаках. Чай, влюбилась?
Ефимов пристально смотрит на меня. Поджимаю губы. Не знаю, что ответить. Что моя душа в полном раздрае?
— Всё хорошо, Степан Никанорович, — тихо говорю, — я исправлюсь. Просто первый день, тяжело войти в ритм.
— Смотри, Лизонька. А то у тебя появился конкурент, — хихикает препод.
Стискиваю зубы. Неужели Галя права? И он вернулся, чтобы сделать мне больно? Раздавить? Быть не может! Но Арк явно уже влился в коллектив.
Выхожу вся пунцовая из-за выговора. А он стоит напротив аудитории, где у нас следующая лекция, и купается во внимании одногруппников. Уже более свой, чем я.
Девочки со всего курса собираются, чтобы взглянуть на новенького.
— Вот же курицы, — бурчит Галя, когда нас запускают в аудиторию.