А я постоянно замечаю на себе короткие взгляды мажора. В голове множатся вопросы. Почему сейчас? Зачем он появился в моей жизни?
Но всё так сложно! Так запутано!
— Привееет! Галя, ты отлично выглядишь! — мачеха открывает дверь, у неё на руках агукает мой братишка.
— Влада, ты тоже, — моя подруга улыбается, — привет.
— Проходите, всё уже собрано для твоего переезда, оу... добрый день, — Влада ловит глазами мажора, — Аркадий, какой сюрприз! Проходите.
Я мгновенно краснею. А парень улыбается, как ни в чем не бывало. Проходит в просторный коридор пентхауса моего отца. Осматривается.
Папа никогда не любил его. А вот Влада всегда твердила, что мне стоит бороться за свои чувства. Она вообще переживает за меня куда больше, чем родная мать.
— Здравствуйте, — здоровается Арк, бросает взгляд на её круглый животик, — Влада, вы потрясающе выглядите! Рад, что у вас с Борис Борисычем всё хорошо.
— Ты мне льстишь, Аркаш, — улыбается она, — надо же, вы с Лизой друг друга нашли. Она...
— Ававава! — братик начинает смачно сосать пальцы, затем распахивает свои огромные глаза и таращится на Аркашу.
И вдруг тянет к нему ручонки.
— Ты ему нравишься, — улыбается мачеха, — хочешь подержать?
— Давайте, — Арк берет малыша на руки.
Кирюшенька что-то лепечет, а я замечаю, что любуюсь тем, как мажор управляется с моим братиком.
— Охренеть, — тычет меня в бок Галя, — так он знает твою семью?
— Когда моего отца хватил тепловой удар, он его на своём горбу тащил в номер, — шепчу в ответ.
— Теперь понятно, почему Борис Борисович так его не любит, — усмехается подруга, — он же мужик. А твой парень видел его в весьма неприглядном свете.
— Хм, я об этом не думала.
— Алк... АЛКАША! — визжит Кирюша, и мы все прыскаем со смеху.
Арк уверенно держит малыша, тот возит слюнявыми пухлыми ручками по его лицу. Парень героически выдерживает все выкрутасы моего брата.
— Так, Кир, иди-ка сюда, — Влада хватает его, ставит на ноги, — кушать пора. Ребята, может, чаю? Я там печенье испекла.
— Нет... — пищу.
— ДА! — в один голос гаркают Арк и Галя.
— Предательница, — рычу.
— Всё ради тебя, подруга, — подмигивает бесстыжая, затем подталкивает меня к кухне.
А у меня сердце не на месте. Я сильная! А рядом с Аркашей внутри меня просыпается девушка, которая очень хочет любви и ласки.
Моем руки, затем усаживаемся за стол. Влада сажает Кирюшу на детский стульчик, рядом болтает ножками моя сестричка Лара. Малыши что-то лепечут, а я пытаюсь собрать себя воедино.
Понимаю, что взгляд так и липнет к несносному мажору. К его сильным рукам, волевым чертам лица, взъерошенным светлым волосам.
Мачеха достает красивые чашки.
— Я помогу! — Арк подрывается, выхватывает чайник у моей мачехи. — Вам в положении нужно больше отдыхать.
— Спасибо, Аркаш, — смеется она, садится напротив меня.
Внимательно смотрит. Влада всегда была очень проницательной. Она наверняка всё уже поняла.
— Может, устроим ужин в честь возвращения Аркадия? — спрашивает она. — Всё-таки друг семьи, как никак. Если бы не он, мой муж бы не оклемался после того солнечного удара.
— А что, прикольно! — говорит Галя. — Если позовёте, я тоже приду.
— Что думаешь, Лиза? — Влада прищуривается. — Ты же не против? Вы наверняка очень друг по другу соскучились.
Вспыхиваю, отвожу взгляд.
— Правда? — Арк разворачивается, таранит меня своими серыми глазами.
Улыбается. Бесит! Чего это он такой самодовольный?
— Вот ещё! — вздергиваю подбородок. — К тому же, папа вряд ли одобрит такое решение.
— Это я возьму на себя. Давайте через недельку, Арк как раз освоится в столице. Что думаешь? — она обращается к мажору, тот ехидно лыбится.
— С радостью! — добивает меня своим согласием.
Паразит! Видит же, как мне неловко рядом с ним! Видимо, та ночь была очень важна лишь для меня. Он относится к нашей курортной связи весьма легкомысленно.
— Ну, раз вы все за меня решили, — надуваюсь, встаю, — мне нужно выйти. Сейчас вернусь.
Направляюсь в свою комнату. Когда папа и Влада купили эту квартиру, выделили каждому ребенку просторную спальню. Несмотря на то, что отец счастлив во втором браке, я не чувствую себя обделенной.
Наоборот.
Папа и Влада куда ближе мне, чем родная мать.
Но сейчас я чувствую себя очень одинокой. Внутри царит хаос и раздрай. Мечусь между ожившими яркими чувствами и обидой. Четыре года! И даже ведь не извинился!
Всхлипываю, захожу. Прикрываю дверь за спиной. Вздыхаю. Осматриваю комнату. Сколько слёз было пролито из-за него. Сколько одиноких ночей. Сколько оргазмов с его именем на губах.