Люциус решил остаться в школе и дождаться невыразимцев. Дамблдор ходил кругами, в попытках остаться с Кингом один на один. Люциус решил предоставить им такую возможность, предварительно кинув подслушивающие заклинания, одно простое и всем известное (для бородатых самодуров), другое фамильное, малфоевское (снять его мог только Малфой) и со спокойной душой оставил двух представителей, не очень уважаемого ордена, наедине. Дамблдор тут же снял подслушку и разразился тирадой.
— Ты, выкидыш соплохвоста, какая вожжа тебе под хвост попала? Что ты натворил? Как, я тебя спрашиваю, как теперь это исправлять? Ты совсем разучился думать? Неужели ты, полудурок, не мог подождать до свадьбы? Он же национальный герой. Да нас теперь к нему на милю не подпустят.
— Он… он …он насмехался надо мной, — пытался оправдаться Кингсли.
— Тебе что, пять лет?! Ты аврор, а не мелкий хулиган. Так, ладно. Воплями ничего не исправить. Я попробую навестить Гарри и убедить его не писать жалобу, но о свадьбе с тобой придется забыть. Нужно искать другой выход.
В этот момент прибыл конвой от невыразимцев, и они арестовали Шеклболта, а Люциус отправился в больницу.
Гермиона очень сильно переживала за Гарри. Увидев избитого друга, она долго рыдала. Видеть этого сильного юношу, победителя Волдеморта, в таком состоянии — зрелище не для слабонервных. В голове не укладывалось, как до этого дошло. И Гермиона только укрепилась во мнении, что наказание должно быть. Она зашла в пустую нишу и достала флакон с «Зельем Кошмаров». Опустив в зелье волос, Гермиона наблюдала потрясающую реакцию. Сначала зелье стало черным (в этот момент, судя по описанию, Магией принималось решение о наказании), потом оно начало проходить все цвета радуги и, в конце, стало прозрачным. Зелье не имело ни цвета ни запаха. Теперь оставалось применить на виновном. Для этого нужно было, чтобы зелье попало на кожу. Гермиона решила второй раз за день сыграть на своей неуклюжести. Когда Дамблдор проходил мимо гриффиндорского стола, Гермиона вдруг резко завалилась назад и стакан с «водой» подлетел вверх и окатил доброго волшебника с головы до ног. Вид кающейся грешницы удался Гермионе на отлично.
Люциус влетел в палату к Гарри, торопясь увидеть его и удостовериться, что с его мальчиком все в порядке. Гарри под действием зелий спал. Возле его кровати сидел Северус и держал юношу за руку. Перед тем как уснуть, Гарри заставил его дать обещание не выпускать руку, и теперь зельевар не отходил ни на секунду.
— Ну, как он? — спросил Люц, рассматривая спящего.
— Физически к утру будет в норме, а вот морально — не знаю. Ты знаешь, он не смог уснуть без снотворного.
— Что будем делать?
— Я думаю, его нужно забрать из больницы. Причем чем быстрее, тем лучше. Боюсь, как бы наш бородатый знакомец не пришел сюда. Гарри этого не выдержит.
— А его можно переносить?
— Можно. Только куда?
— Как куда? Ко мне. Мы заберем его в Малфой-мэнор.
— Ты уверен?
— На сто процентов.
Маги вызвали врача и объяснили, что в больнице Гарри небезопасно, и они забирают его. Северус осторожно взял на руки свое сокровище, а Люциус, прижавшись к ним, активировал портключ. Пара мгновений и они стоят в холле родового поместья Малфоев. С хлопком появился домовой эльф в чистой наволочке, с гербом на груди.
— Здравствуйте, Хозяин. Тилли рад служить, что прикажете сделать?
— Тилли, приготовь спальню напротив моих покоев. И для всех, никого нет дома.
— Тилли все сделает. — домовик поклонился и с хлопком исчез.
Люциус пошел вперед, а Северус с Гарри на руках за ним. Пока они дошли до хозяйского крыла, спальню уже приготовили. Камин ярко горел, согревая воздух, постель была заправлена красивым бельем, а счастливый услужить домовик преданно смотрел на своих хозяев. У домовых эльфов была своя магия, им не нужно было никаких подтверждений, они и так видели, что их обожаемый хозяин нашел своего третьего. Люциус откинул одеяло, и Северус бережно положил свою драгоценную ношу на постель. Гарри во сне вцепился в ускользающую руку и прижал ее к груди. Север не рискнул отнимать конечность у этого жадины и устроился рядом с ним на постели, скинув обувь. Люц посмеялся и попросил домовика принести им перекусить.
— Никогда не любил есть в постели, но, так как я пленник, выбирать не приходится, — посмеивался зельевар, устраиваясь поудобнее рядом с Гарри.
Люциус решил не отставать и улегся по другую сторону. Гарри лежал посередине, прижав к себе профессорскую руку и уткнувшись носом ему в грудь, а со спины его грел Люциус, прижавшийся всем телом. Когда домовик принес поднос с едой, ни у одного из них не хватило сил оторваться от Гарри. Так они и уснули, блаженствуя от присутствия всех партнеров в одной постели. Как ни странно, первым проснулся Гарри и, не открывая глаз, понял — вот теперь он в безопасности. Он лежал и наслаждался ощущением двух сильных тел, которые даже во сне не отпускали его. Но вдруг в носу защекотало, и он громко чихнул.
— Будь здоров, — услышал он с двух сторон.
— Спасибо, а где я? — спросил парень, и тут память услужливо подкинула воспоминания сегодняшнего утра. А может вчерашнего? Образы хлынули потоком, и паника накрыла его с головой. Ничего не видя вокруг, он начал отбиваться. Парень рычал, изгибался, пытался пнуть. Люциус всем телом навалился на него, не давая пораниться, а Северус извлек из мантии флакончик с успокоительным зельем и прижал горлышко к губам. Кое-как напоив парня, маги прижимали его и успокаивали. Стоны и рычание перешли во всхлипывания и, постепенно юный эльф успокоился. Мужчины гладили его по волосам и спине, шептали всякие милые глупости, обещали исполнение всех желаний. Им было тяжело наблюдать за страданиями своего партнера, хотелось достать обидчика и убить, с особой жестокостью.
— Простите меня, — хриплым от криков голосом сказал Гарри.
— Ну что ты, малыш. Ты же наш. Хочешь, мы убьем эту заразу для тебя? — с двух сторон шептали ему.
— Нет, не хочу. Вас посадят в Азкабан, и я опять останусь один, — он посмотрел им в глаза, переводя взгляд с одного на другого, — а я не хочу быть один, без вас.
Гарри алел, как маков цвет, а Люциус и Северус с облегчением выдохнули.
— Гарри, ты голоден, наверно. Давай покушаем, — предложил хозяин дома.
— Если честно, я жутко голодный, — признался Гарри и его живот заурчал, соглашаясь.
После того, как все привели себя в порядок, они отправились в столовую. Сев и Люц переоделись в домашнюю одежду (у Северуса в мэноре было много своей одежды, он практически жил на два дома), а Гарри выдали халат, потому что больничная одежда — это ужас. И завязки сзади Гарри просто бесили. Так что он топал в столовую, путаясь в полах халата Люциуса. Столовая оказалась очень большой и светлой. Огромные окна выходили в сад, освещенный сейчас волшебными фонарями. Сама комната была отделана в голубых с золотом тонах. Пока Гарри осматривался, домовики накрыли стол. За ужином Гарри развлекали легкой беседой. Когда подали кофе, Гарри решил начать серьезный разговор.
— Давайте, спрашивайте. Вижу же, что хотите все узнать.
— Гарри, может ты сам расскажешь все, что считаешь нужным? — сказал Люц.
— Да, наверное, так будет легче, — согласился парень.