- Он приедет снова? - спросил отец, присаживаясь на край кровати.
- Думаю, да.
- Он тебе нравится?
Я помолчала.
Он посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом.
- Он не отступится, я видел, как он смотрит на тебя, это не жалость, дочь, и не сочувствие.
- А что?
Отец усмехнулся.
- Ты умная девушка. Сама догадайся.
Он встал и вышел, оставив меня одну с чашкой давно остывшего чая.
Я сидела и смотрела на огонёк свечи, слушая, как ветер шумит в саду.
Суд вынес решение через три недели.
Три недели я жила в доме отца, пила горькие отвары и ждала. Каждое утро Сяо Лань уходила на площадь перед управой слушать сплетни, собирать новости, вынюхивать, что говорят люди.
Возвращалась она всегда с одним и тем же: суд идёт, свидетели дают показания, Гун Цзэ мечется, как тигр в клетке, а его адвокаты уже не так уверены в своей правоте.
Но приговора не было.
И вот на двадцать второй день у ворот дома остановилась карета с императорским гербом, Сяо Лань вбежала в мою комнату бледная, но с горящими глазами.
- Госпожа, прибыл посыльный из министерства. Господин Линь велел вам спуститься в большой зал.
Я отложила книгу, встала, поправила ворот платья и, замирая от ужаса, пошла.
ГЛАВА 17
ГЛАВА 17
В большом зале уже были отец, адвокат и чиновник в тёмно-зелёной мантии с вышитым журавлём на груди, символом пятого ранга.
В руках он держал свиток, перевязанный красной лентой.
- Госпожа Линь Вэй, - чиновник поклонился, но не низко, по статусу ему полагалось кланяться только наместнику и выше. - Поздравляю. Ваше дело рассмотрено.
Он развернул свиток и начал читать. Голос его был ровным, будто он зачитывал погоду на завтра.
- По итогам расследования дела о разводе госпожи Линь Вэй и его высочества Гун Цзэ, принца четвёртого ранга, суд установил: обвинения в жестоком обращении и угрозе жизни подтверждены документально. Показания служанок, медицинские заключения лекарей, а также собственное признание наложницы Фэн Юй не оставляют сомнений в виновности ответчика.
Я замерла. Собственное признание Фэн Юй? Она призналась? Я не верила своим ушам.
Чиновник продолжал:
- Гун Цзэ лишается титула принца четвёртого ранга и всех сопутствующих привилегий. Он приговаривается к ссылке в северные земли сроком на пятнадцать лет без права возвращения в столицу. Его имущество, за исключением личных вещей, конфискуется в казну.
Мой отец выдохнул.
Я смотрела как его плечи, которые всегда были прямыми, как сосны, вдруг чуть опустились от облегчения.
- Наложница Фэн Юй, признавшаяся в приготовлении и добавлении яда, сослана в монастырь отдалённой провинции навечно. Ей запрещено покидать территорию монастыря, принимать гостей и вести переписку с миром.
Сяо Лань, стоявшая у двери, тихонько всхлипнула. Я не обернулась. Боялась, что если отведу взгляд от свитка, то проснусь и всё окажется сном.
- Наложница императора, госпожа Вэй, мать Гун Цзэ, признана соучастницей сокрытия преступления. Учитывая её статус матери наследника престола, она помещена под домашний арест в своих покоях до конца своих дней.
Чиновник сложил свиток и поднял глаза на меня.
- И последнее. Госпожа Линь Вэй, ваш брак с Гун Цзэ расторгнут. Приданое возвращается вам в полном объёме, включая всё имущество, которое было продано или подарено третьим лицам, ответчик обязан возместить стоимость в трёхкратном размере. Вы и ваши потомки не имеете никаких обязательств перед родом Гун. Вы свободны.
Вы свободны.
Два слова. Я так долго их ждала!
Я не знала, что сказать, не знала, что сделать.
Просто стояла посреди большого зала и смотрела на жёлтый свиток в руках чиновника.
- Госпожа Линь? - чиновник обеспокоенно заглянул мне в лицо. - Вам дурно?
- Нет, - я наконец нашла силы ответить, голос был хриплым и будто чужим. - Нет, спасибо, господин. Всё хорошо, всё очень хорошо!
Отец подошёл ко мне и обнял, прижал к груди, как в детстве. Меня переполняла тихая, глубокая радость, которая грела мою душу изнутри.
Чиновник кашлянул, напоминая о себе. Отец отпустил меня, и я поклонилась гостю - низко, по-женски, благодаря за труд.
- Господин, если позволите, - сказала я, - я хотела бы... я хотела бы написать письмо. Человеку, который помог мне.
Чиновник понимающе кивнул.
- Господину Хэ Ляню? Младший советник министерства уже уведомлён. Он был одним из тех, кто подписывал приговор.
Я закрыла глаза.