— Неужели он ходит?
Его заверили в том, что я не только хожу, но бегаю и прыгаю, как положено вратарю, причем не простому, а охраняющему ворота национальной сборной. Узнав об этом, врач пришел в неописуемый восторг. Он радовался не только за меня, но и за себя. Он, по его словам, давно говорил, что не покоем, а постоянным движением и нагрузкой удается лечить и вылечивать этот дефект. Резюмируя, доктор заверил меня, что я поступил правильно, поддерживая ногу в рабочем режиме. И посоветовал продолжать в том же духе.
В четвертьфинале Кубка чемпионов нам предстоял матч с «Аяксом» из Амстердама. В те годы этот клуб еще не был столь известным, каким стал пару лет спустя, когда примерно с тем же составом убедительно выиграл Кубок. Но уже тогда дело шло к триумфу. Мы пробились в четвертьфинал, взяв верх над брюссельским «Андерлехтом». «Аякс» одолел чемпиона Англии «Ливерпуль», и эта победа была куда более высокой пробы. В первом матче — на амстердамском олимпийском стадионе — «Аякс» забил англичанам пять голов, пропустив только один. Это была сенсация, но и в Ливерпуле «Аякс» не упустил победу по итогам двух встреч, сыграв вничью — 2:2. Специалисты и болельщики высоко оценили, в первую очередь атакующие порядки «Аякса», которые одновременно составляли и линию нападения сборной Голландии: Сварт — Круифф — Нунинга — Кейцер. В защите и в полузащите также играли участники сборной — такие известные мастера, как Сурбиер, Ван Дуивенбоде, Мюллер, Грооте.
Первый матч игрался в Амстердаме. Так решил жребий. Мы должны были считаться с решительными действиями «Аякса», который постарается решить исход встречи (а заодно и всего «двухраундного» поединка) уже в «первом раунде». «Ливерпуль» в Амстердаме после первых 45 минут игры проигрывал 0:4. Мусил поэтому усилил среднюю линию Масопуст — Гелета еще и Злохой, который в протоколе фигурировал как крайний. Гелета получил персональное задание: сторожить Круиффа. Задание это он выполнил как нельзя лучше: «страшный» Йоханн не смог забить ни единого гола!
Мусил просил не забывать и о другом. Хотя, говорил он, мы делаем ставку на прочную оборону, в случае овладения мячом нападающие должны моментально выходить на свободное место. Он рассчитывал на точный пас Масопуста. Это касалось и меня. Забрав мяч, я был обязан как можно быстрее ввести его в игру и тем самым помочь организации атаки в том направлении, где нет защитников «Аякса». Мусил утверждал, что так мы сможем забить гол. Но даже если бы И не рассчитывал на это, такая тактика облегчала жизнь защите. Своевременный рывок пугает заднюю линию соперника и держит ее в таком напряжении, что она Не может свободно помогать нападающим.
Встреча началась в полном соответствии с нашими расчетами. При поддержке олимпийского стадиона, все места на котором были заняты болельщиками, футболисты «Аякса», обуреваемые жаждой гола, бросились в атаку. Давление их было столь сильным, что мы, игроки задних линий, находились в постоянном напряжении. В такой обстановке важно сохранить спокойствие, не поддаться панике, не дать сопернику возможности создавать выгодные моменты. К счастью, мы располагали нужными игроками. Масопуст подбирал отскакивавшие мячи, выходил на открытое место для получения паса, умел подержать мяч (чтобы выиграть время) и, наконец, послать его вперед охотно игравшим в отрыве Штрунцу, Мразу и Недоросту. К сожалению, их рывки не закончились взятием ворот. Но и усилия голландцев остались безрезультатными. Гелета сковал Круиффа, преследуя его по пятам.
Атмосфера крупного состязания держала меня в приятном волнении. Публика не раздражала. Скорее, обостряла бдительность. Я испытывал легкое напряжение, дающее нужную степень бодрости. Не люблю играть перед полупустыми трибунами или в присутствии равнодушных.
Первоначальный натиск «Аякса» мы выдержали. Сохранили хладнокровие. Зато в поведении соперников минут двадцать спустя уже сквозила нервозность. По их расчетам, к этому времени должен быть достигнут материальный перевес, а затем и перелом хода встречи в пользу «Аякса». Я чувствовал, что, если мы не допустим какой-либо ошибки, гол забить в мои ворота будет не просто. Атаковали голландцы, но было такое ощущение, что хозяева положения — мы.
Первый тайм закончился нулями. В перерыве Мусил не стал нас хвалить за хорошую защиту. Упрекнул, что тактики, о которой договорились, придерживаемся лишь наполовину: не выполняем вторую часть задания — касающуюся атакующих действий. Мы набегались так, словно сыграли не пол-игры, а всю. Он же продолжал настаивать на своем: призывал играть на победу. Думаю, в нашей команде мало кто в победу верил. Мы расценивали это скорее как обычный тренерский «допинг», «крепкие слова». Впрочем, для Мусила это было нетипично — он всегда сохранял спокойствие, во всем отличался серьезностью и рациональностью подхода.