Его отличала способность развивать необычно высокую стартовую скорость при выходах на мяч. В совершенстве владел Франта амплуа правого крайнего. Но мог сыграть и по всему фронту атаки, широко маневрировать в зоне нападения. Ему это особенно удавалось, когда его команда оборонилась, «оставляя» большее пространство, чтобы открыться. И хотя соперники в большинстве случаев приставляли к нему персонального сторожа, умел ловко притаиться. А получив быструю передачу на выход, он объявлялся там, где его никто не ждал. Забивал поэтому немало и на полях соперника, часто на последних минутах, когда сказывалась усталость и опекуны снижали бдительность. В результате добывал команде немало «нежданных» (порой решающих) очков.
Умеет отлично сыграть в пас и навесить, а при случае и завершить комбинацию. Специалистам по игре головой действовать рядом с ним было одно удовольствие. Однажды после его подачи я пропустил мяч, посланный головой с такой силой, что даже не увидел, как он очутился в воротах. И, конечно, произошло это на последних секундах матча, а гол тот обернулся поражением — 1:2. Лучше всего Веселы играл в присутствии тех партнеров, которые хорошо знали «запросы» и умели передавать мяч на ход как раз в тот момент, когда Франтишек делал рывок, позволявший выигрывать у защитников сразу несколько метров. В этом случае бил хлестко, с коротким замахом.
Удары правой наносил безупречно, левой бил хуже (но иногда и с левой получалось здорово).
Его слабое место — игра головой: не вышел ростом. Беки, которых приставляли к нему, в большинстве случаев были на голову выше. Но Франтишек омрачал им жизнь подвижностью, ловкостью, мобильностью. Не создавалось впечатление, что он их боялся, хотя и предпочитал в чересчур тесный контакт не входить. Как только он попадал в столь желанную для него штрафную, гол или пенальти уже витали. У ворот противника чувствует себя как рыба в воде, играет вертко и быстро, обладает голевым чутьем. Защитнику часто не остается ничего иного, как уложить его. Но Франтишек умеет компенсировать недостаток — маленький рост — тем, что ловко изображает пострадавшего. На это жаловались все защитники, выступавшие против него. Не хочу сказать, что против него не играли жестче, чем положено, и не допускали фолов, когда Франта начинал плести узоры. Ему досталось порядком, но и бекам наверняка не меньше. Никогда не знали они в играх с участием Веселы, когда и за что раздастся свисток арбитра. Жаловались: порой до него едва дотронешься, а он уже падает и не поднимается. А иногда вообще не касаешься — и все равно он на земле.
Пожалуй, ни один футболист лиги не становился причиной стольких наказаний, скольких «удостоен» Веселы. Бесспорно, Франтишек «лидировал» по числу назначенных «по его милости» штрафных и пенальти. Как он этого добивается, никто не знает. Одно время так «прославился» этим, что многие судьи специально следили, пытаясь разобраться, атакован ли он неправильно или сам сыграл сомнительно — сунулся куда не следует, в расчете на штрафной. Впрочем, он выглядел пострадавшим во всех спорных случаях. Когда команда играла на выезде, судьям удавалось выявить истину, но на «Славии» на арбитров могли обрушиться возмущенные трибуны. Судьи, которые его не знали (это случалось главным образом во время международных состязаний), чаще всего брали его под защиту. Психологически это в известной мере оправданно, поскольку того, кто пониже, всегда легче представить в роли жертвы..Нет сомнения: Франтишек умеет выйти (и, конечно же, выходит) на такую позицию, где в любой момент могут быть нарушены правила, лезет в гущу событий, а когда нужно, сгущает краски. У него это в крови. Всякие подозрения на этот счет решительно отметает, а за те двенадцать лет, которые играет в командах мастеров, в его адрес допущены (по его же словам) «страшные жестокости». Впрочем, без единой серьезной травмы.
Его проделки я испытал на себе: и меня арбитр наказал — в 1975 году на «Страгове» — одиннадцатиметровым (всего второй случай в моей вратарской биографии) за то, что я атаковал Франту. Веселы был в том матче в ударе, водил за нос буквально всю нашу защиту и немного «позволял себе» — работал локтями, теснил противника, иногда отпихивал кого-то (а наши крепыши-защитники не любят такого обращения). Но ему «вольности» сходили с рук. Развязка наступила незадолго до конца первого тайма. Обойдя по правому флангу все препятствия, Франтишек проник в мою штрафную. Там столкнулся с одним из защитников. Упали оба, но проворный Франта тут же вскочил и устремился за мячом. Грозил выход один на один, хотя Веселы и находился под слишком острым углом. Я должен был выйти на перехват. Бросился к мячу, но и Франта — тоже (как сумасшедший). В спешке мне достать мяч не удалось. Могу поручиться: ногу соперника даже не задел. Вижу, как он картинно падает и держится за ногу. Из глубины поля прибегает арбитр и указывает на одиннадцатиметровую отметку. Оспаривать решения судьи привычки не имею, но на этот раз не удержался. Сказал, имея в виду не только этот случай, но и все предыдущие фолы, засчитанные нам из-за Франты: