Как говорят у нас, после битвы каждый — генерал. Но все мы (или по крайней мере наши «генералы») уже теперь должны были обратить внимание на то, что характерная черта мексиканского чемпионата — ярко выраженные антиевропейские настроения. Точнее говоря, антианглийские (однако за мнимые грехи сборной Англии на мировом чемпионате 1966 года в той или иной мере расплачивались все европейские команды). Здесь возобладал южноамериканский патриотизм, который — в силу своего темперамента — имеет заметную тенденцию к необъективности: англичан принимали как незваных гостей, как могильщиков зрелищного футбола, как уповающих на голую силу и даже... едва ли не как уголовников. Такую атмосферу подогревало и дело о краже, якобы совершенной Муром. И хотя бессмысленное обвинение в похищении драгоценностей было с него снято, роль свою оно сыграло. Когда англичане вышли на первую встречу в группе — против команды Румынии, трибуны дружно засвистели. Накануне матча Англия — Бразилия южноамериканские болельщики всю ночь кружили на машинах вокруг отеля «Хилтон», где остановились англичане, без устали нажимая на клаксоны и гудки с целью не дать спортсменам заснуть. Мы такой неспортивной обструкции не подверглись, но догадывались, что южноамериканские команды будут выступать здесь как на собственном поле. Применительно к нам речь шла о бразильцах — главном козыре южноамериканского лагеря.
Но это мы пережили. Куда больше нас волновали свои проблемы. Наибольшие неприятности доставляла непривычная высота над уровнем моря. Кое-кто из наших уже играл в таких условиях, но не больше раза, когда приезжали туда на день, на два. Иное дело — более длительное пребывание: к высокогорью привыкаешь медленно и с трудом. Жили в спокойной, в целом приятной обстановке в мотеле «Малибу» за городом. Тренировки облегченного типа имели возможность проводить на траве близ дома. Долгая дорога и семичасовая разница во времени сделали свое дело: практически никому не удавалось засыпать в положенное время. Лишь спустя три дня мы обрели способность тренироваться в полном объеме.
Потом дали себя знать другие затруднения, которые тоже выводили из равновесия. Оказалось, что мяч в местных условиях, где воздух более разрежен, летит непривычно быстро. Дабы обеспечить точность передач, приходилось бить по мячу менее сильно. Сбивала с толку и траектория падения мяча (мы с трудом выбирали момент для прыжка). Все время казалось, что мяч опускается за нашими спинами. На меня это обстоятельство действовало удручающе, ибо удары получались сильнее обычных. Мяч летел с бешеной скоростью. Заметил, что практически бессилен против ударов просто из пределов штрафной, хотя всегда такие мячи ловил достаточно уверенно, если только они не попадали «в самую точку». Ко всему прочему, после нескольких ускорений (а мы, вратари, — после нескольких выходов подряд) долго не могли отдышаться: не хватало кислорода. И хотя физически каждый из нас был подготовлен хорошо, все же наступал момент, когда мы вдруг превращались в немощные создания.
Аналогичные трудности испытывали все или почти все. Но другим удалось к ним лучше приспособиться. Англичане прибыли значительно раньше нас и провели в условиях высокогорья ряд тренировочных матчей. Бразильцы поселились в полной изоляции на еще большей (по сравнению с той, на какой лежит Гвадалахара) высоте над уровнем моря. Расположились в горной индейской деревушке и приезжали только на соревнования, попадая, собственно, в более легкие условия. Мы постепенно привыкали и с каждым новым днем испытывали затруднений все меньше. И все же нельзя было назвать условия нормальными. Вероятно, поэтому, опасаясь нервной перегрузки и переутомления, мы не сыграли ни одной тренировочной встречи. Возможно, так было вернее на первых порах. Но позднее, когда мы окрепли, это обернулось большой ошибкой (может быть, самой крупной). Мы не выяснили, как влияет на нас матч в данной окружающей среде, в условиях сильной жары. Самая совершенная тренировка не может стопроцентно заменить настоящую игру: только в игре каждому удается выяснить круг своих возможностей. Найти подходящего спарринг-партнера в тот момент было непросто. В конце концов мы могли бы сыграть тренировочную встречу с участником первенства мексиканской лиги — командой «Оро». В качестве гонорара нам предложили три тысячи долларов (сумма, по мнению нашего начальства, незначительная). Я же считаю, что имело смысл играть даже бесплатно: каждый член команды очень хотел провести предварительную встречу. Мы настаивали на игре, но... переубедить начальство оказалось усилием напрасным.