– А если попробовать поговорить с Первым жрецом?
– Они не дадут своей силы чужим, – покачал я головой. – Может быть, когда-нибудь мне и удастся уговорить Жарома, но нам-то это нужно сейчас! И есть ещё один момент. Где-то в Дарминии сейчас обитают мой брат и дядя. Я думаю, что они в столице. Оба ненавидят меня и все мои начинания и отравлены жаждой власти. Не знаю, какие шансы у Герта занять место герцога, но Гордой вполне может стать Верховным жрецом в Госмаре. А если не будет алтаря, не будет и Верховного жреца. Им придётся возить своих жрецов для посвящения к нам или к Гардарам. Я думаю, что наш Жаром разрешит им полежать на своём алтаре. Конечно, сделает он это не просто так.
– Не знаю, – нерешительно сказал Бродер. – С одной стороны, вы правы, а с другой… Это ведь не просто амулет, а алтарь бога! Может быть, ему не безразлично, где стоять и кого на него кладут?
– Вот и проверим, – сказал я. – Моему мечу тоже не безразлично, в чьих он руках. Отца стукнул молнией, но не убил же! Если алтарь не захочет покидать храм, он как-то даст об этом знать. Не беспокойтесь: вы не будете к нему прикасаться.
– Я выполню любой ваш приказ, – сказал маг, – только боюсь, что жрецы всё равно узнают, что их алтарь у нас.
– Посмотрим. Если он не оправдает наших надежд, вернём. А если даст надежду управлять тварями, я пошлю всех жрецов далеко-далеко… И предупрежу, что если не угомонятся, отберу и другие алтари.
– У вас, милорд, большая сила, – задумчиво сказал Бродер. – Открыто против вас никто не выступит, но есть и другие пути. Если вы погибните, через месяц не останется ваших новшеств, а через год не будет никого из тех, кто вам помогал.
– Пора, – сказал я, поднимаясь со стула. – Поговорим об этом как-нибудь в другой раз.
Я открыл канал по выданной фотографии, и мы вышли в большом пустом помещении, очень похожем на заводской цех, из которого вывезли оборудование. Было прохладно и пахло пылью и машинным маслом. Оглянувшись, я увидел, что помещение не совсем пустое: метрах в тридцати от нас лежали какие-то бочки и возвышался штабель ящиков, а возле них стояли тепло одетые люди.
– Илья Борисович Григорьев, – представился подошедший первым мужчина. – Я руковожу экспедицией.
– Меня вы знаете, а это один из моих магов, – сказал я ему. – Кого будем отправлять?
– В экспедиции ещё пять научных работников, – ответил он, – а для охраны берём пятнадцать человек. Есть радист, которого вы обещали взять с собой. У него свои вещи. Остальные помогут перенести груз и уйдут.
– Сначала отправим вас, а потом займёмся радистом. Кто начальник охраны?
– Я начальник, – выступил вперёд здоровый как лось мужчина. – Капитан Сивцов!
– Вот что, капитан, – сказал я. – Сейчас я открою канал к одному из трёх корпусов казарм. Первыми идут ваши люди, а остальные быстро заносят имущество в здание.
– Бочки… – сказал Григорьев.
– Сносите в одно место! – перебил я. – Потом разнесёте, как вам будет удобно. Мы не будем держать канал, пока вы будете раскладывать всё по полочкам. Лошадей не взяли?
– Вы говорили, что их можно будет доставить потом, – сказал Сивцов. – Мы пока хотим осмотреться.
– Можно и потом, – не стал спорить я. – Только учтите, что мы не станем мотаться к вам каждый день. Придём ещё раз, а потом только по вызову, когда решите вернуться или если вас начнут есть. Приготовились, пошли!
Бойцы с автоматами один за другим исчезли в портале. Последним ушёл капитан, который почти тотчас вернулся.
– Там спокойно и нет никаких тварей, – сказал он остальным. – Начинайте с горючего.
Первыми выкатили бочки и бросили их во дворе. Потом занялись ящиками, за которыми скрывались десятка два мешков. Русские поступили умнее американцев, которые использовали вьючных лошадей. Они перенесли в три раза больше груза и избавились от необходимости возиться с целым табуном, но сил на их переселение ушло много. Не у них самих, а у нас на поддержание канала. Когда всё перенесли, я закрыл канал и спросил, кто радист.
– Я радист, милорд! – подошла невысокая стройная девушка. – Алёна Васильева!
– И как это понимать? – обратился я к стоявшим рядом мужчинам. – Для чего прислали девчонку?