Через десять минут за нашими машинами выстроились пятьдесят три брата. По команде Алексея все положили винтовки на брусчатку площади.
– Кто хочет служить наследнику, сделайте три шага вперёд! – сказал он.
Братья дружно шагнули, оставив за спиной только двоих.
– Вы двое можете уйти, – показал на них рукой Алексей. – Остальные строем идут в крепость. Там приведёте себя в нормальный вид, пройдёте проверку и примите присягу. А потом майор займётся вашим обучением.
Они ушли, а мы убрали с площади брошенное оружие и подогнали машины ко всем трём выходам.
– На окнах решётки, поэтому пальнуть через них смогут, а вылезти не получится, – сказал Алексей. – А убежавшие жрецы как-то закрыли подземный ход. Теперь все, кто остался внутри, оказались в ловушке. Нам нужно очистить храм и при этом не понести потери. Для этого забросаем все помещения гранатами. Только перед тем, как их швырять, нужно предлагать сдаться. Гранат у нас хватит на два таких храма, а нам его не ремонтировать.
– Принимается, но с поправкой, – согласился я. – В главном зале, где стоит алтарь, не должно быть никаких гранат. Если будете стрелять, делайте это аккуратней. И дело не только в алтаре. Стены нетрудно восстановить, с росписями этого не получится. Начинаем!
С храмом мы провозились три часа. Не с зачисткой – её выполнили за пятнадцать минут, а с вывозом золота и других ценностей. Я ещё удивлялся тому, что Жаром с такой лёгкостью выложил за своё братство столько золота! Он мог дать и больше, учитывая то, что в храмовых подвалах лежали три тысячи бушей золотых монет. И для чего их собирали сотни лет? Чтобы обеспечить казначейство работой по чеканке? Самым последним вынесли, погрузили в бронетранспортёр и увезли алтарь. Всё это время в одной из комнат храма под охраной сидели сдавшиеся при зачистке братья и уцелевшие жрецы. Когда закончили с алтарём, их распихали по БТРам и вывезли сначала в новый дворец, а потом в службу безопасности. Найденное тело Жарома, на котором не было подаренного мной амулета, трогать не стали. Храмы в столице были и помимо Главного, вот пусть их жрецы и занимаются разбором завалов и погребением тел. Их там много осталось. Я вместе со всеми вернулся в крепость, где меня ждал Бродер, и мы с охраной сразу ушли каналом в цех, а из него в коридор у дверей в мои комнаты.
– Спасибо, – поблагодарил я его, перед тем как отпустить. – Скажите, есть какие-нибудь успехи в вашей работе по защите помещений? Спрашиваю потому, что наш способ использования каналов для многих уже не является секретом, а опорные точки нетрудно узнать, захватив любого из тех, кто ходит на Землю. Или можно попробовать найти какой-нибудь другой мир.
– Я разобрался в работе жреческого амулета, – ответил маг. – Могу защитить любое помещение, но тогда и мы не сможем в нём пользоваться каналами. Защиты хватит максимум на декаду, а потом надо её обновлять. А так, как вы хотели, чтобы каналы могли открывать только свои, пока не получается.
– Уже хоть что-то, – сказал я. – Продолжайте работать. А пока будем защищать помещения жреческими амулетами. Они не требуют подзарядки.
– Рассказывай! – потребовала ждавшая меня в гостиной Адель.
– Подожди минуту, сейчас расскажу, – сказал я и мысленно обратился к секретарю: «Коль, было что-нибудь срочное?»
«Принесли несколько бумаг из канцелярии, – ответил он. – Я их просмотрел и думаю, что могут полежать до завтра. А вызовов не было».
– Расскажу коротко, – предупредил я жену. – Нужно срочно писать указ, чтобы горожане узнали, кто и за что разрушил их Главный храм.
– Вы сошли с ума! – высказалась она. – Кирен, саи на многое закрывают глаза, потому что напуганы всем, что уже свалилось на их головы, но нужно знать меру!
– Ты будешь слушать или ругаться? – спросил я. – Я ведь могу заняться указом.
– Рассказывай, – сказала Адель, – я помолчу.
– Я не могу утверждать, но уверен, что это работа Гордоя. В Ромар прибыли жрецы из Дарминии. Они привезли с собой оружие, которое осталось от японцев, и с его помощью застрелили Жарома и кое-кого из пытавшихся защитить его братьев.
– А амулет? – спросила она. – Он же должен был…
– Мой или твой защитит, – перебил я, – но не жреческий. Его сила позволяет управлять сразу многими, но не влияет на материальные предметы. Амулет потом кто-то снял, и это очень плохо! Наверное, местные высшие уже поработали кое с кем из братьев, потому что часть из них перешла на сторону напавших. Завязалась перестрелка, которую услышали в крепости и сыграли тревогу. Когда мы туда примчались, жрецы из Госмара удрали подземным ходом.