«Завтра пойду говорить с Алексеем, – пообещал я, – а сегодня, если получится, поговорю с американцами. Всё со временем будет. Да, я к вам сегодня зайду с Эммой заниматься братьями. Не знаю, получится или нет присутствовать, когда вы будете занимать братство, поэтому предупреждаю, чтобы были осторожны. Мало ли какую гадость могли там оставить. Сядете в кресло, а в нём отравленная игла. Сказано для примера, чтобы были осторожны и так же настроили остальных. Это пока не наш дом. Выбросите всю пищу, слейте воду и всё хорошо вымойте. Раз жрецы баловались с ядами, их и нужно опасаться в первую очередь. И пусть Оскар проверит все помещения на амулеты. Вряд ли он сможет найти прослушивающие закладки, поэтому обо всём важном пока общайтесь мыслями. А потом мы пошлём туда Герата. Не забыли о подземном ходе? Раз о нём знают жрецы, вряд ли он нам пригодится, поэтому нужно так завалить, чтобы никто не мог воспользоваться».
Глава 12
– Сейчас оба идёте дежурить к Повелителю. И передай ему это, – сказал я Сардею и отдал ему черновик указа, после чего второй раз за утро побеспокоил Сигара. – «Это опять я, капитан. Когда говорили, забыл сказать, чтобы выделили дружинников для охраны моей жены и Герата. Вы скоро будете сменять тех, кто дежурил ночью?»
«Сейчас собираемся отправлять, милорд, – ответил он. – Скольких прислать?»
«По два дружинника каждому, – ответил я. – Они будут ходить на Землю, поэтому лучше прикрепить постоянных. И пусть первым делом идут к Герату, чтобы он дал знания языков».
«А вы, милорд? – спросил он. – Вам тоже необходима охрана».
«Давайте решим это, когда буду у вас», – сказал я и разорвал связь.
Следующим, с кем я связался, был Герат.
«Как самочувствие? Сможете работать?»
«Никаких следов ранения, – ответил он. – Да и рана-то была пустяковая. Спасибо, милорд за то, что вытащили из-под обстрела. Я, конечно, сглупил…»
«Ладно, забудем, – сказал я. – Скоро к вам прибудут четыре дружинника. Двое из них будут охранять вас, двое – мою жену, поэтому дадите им знания русского и английского языков. Да, Адель не долечилась, но сможет работать. Только присмотрите за ней, чтобы не занималась ничем, кроме каналов. Вам много осталось?»
«Сегодня получим какую-то плёнку, отведём к рабочим остальных охотников и заодно доставим продукты. Палатки будут ставить два дня, но наше присутствие не потребуется. С печами и дровами провозятся дольше. Я думаю, что эту работу будут заканчивать сами беженцы. Они должны подойти сегодня или завтра».
«Плёнки должно быть много, – предупредил я, – так что вам с ней работы на полдня, и к ней будут гвозди. Притормозите со сборкой палаток и возьмите часть рабочих в помощь грузчикам. А в общем, смотрите сами».
После Герата я связался с кавалером Дортом.
«У вас есть свободные работники, кавалер? – спросил я. – Или все роют могилы?»
«Смотря для чего, милорд, – осторожно ответил он. – Свободных слуг мало, потому что на кладбище работы хватает. Да и не всех туда можно послать. А ещё ремонт дворца и завтрашний переезд…»
«Вот что, Дорт, – сказал я, отбросив церемонии, – мне нужны грузчики. Вы поселили у слуг двух чужаков, которых привела принцесса. У них много груза, который нужно переносить с места на место. Сначала это будут мои комнаты в этом дворце, потом – в южном, а под конец перевезёте их с вещами в новый дворец и передадите капитану Сигару. Задание ясно?»
«Выполню, милорд», – вздохнув, ответил он.
«Не вздыхайте, – сказал я. – Если не хватает рук, наймите работников в городе. Вам их всё равно брать для ремонта».
Последней, с кем я говорил, была Эмма.
«Прежде всего, спасибо! – сказал я. – Вы просто чудо, я и отцу об этом говорил».
«Да, он мне сказал, – засмеялась она. – Я уже говорила с принцессой и узнала, что вы погнали её работать. Постарайтесь, чтобы она не занималась ничем тяжёлым. Кость срослась, но прежняя прочность будет только через несколько дней».
«Я предупредил её и о том же сказал Герату. Эмма, давайте ненадолго наведаемся на Землю, а потом пойдём в дружину заниматься братьями. Я сейчас подойду, а вы пока подготовьтесь».
Я хотел посетить Гриффина и сделать кое-какие заказы. В Сан-Антонио было около двух часов дня, поэтому мог застать Фрэнка в кабинете. Наглеть не стал и открыл канал не в кабинет, а в коридор перед приёмной. Алан сидел на своём месте и, когда мы зашли, впервые на моей памяти потерял самообладание.