– Вы хорошо нас изучили, – заметил он. – Мы поможем и с палатками, и со многим другим, есть только одна просьба.
– Выкладывайте свой сыр. Я его понюхаю, а потом решу, взять или воздержаться. Золото у меня есть, и на Соединенных Штатах свет клином не сошёлся.
– Вам будет нетрудно выполнить нашу просьбу. Наши учёные хотят изучить ваших тварей и вообще животных и растительность. Это чисто научный интерес, и вам ничем не угрожает.
– Это угрожает вашим учёным, – предупредил я. – Без надёжной охраны их там сожрут, а пропускать к себе армейские части...
– Два-три десятка военных для вас не угроза, а учёных защитят, – возразил он. – В конце концов, никто не возлагает на вас ответственность за их жизни. Дадите проводника, а дальше они позаботятся о себе сами. А мы поможем вам с устройством беженцев. Получите палатки и что ещё нужно. Двадцать тысяч человек для нас – это немного. Только такую помощь нужно освещать в прессе, поэтому надо пустить к вам съёмочную группу. Это ненадолго, сделают репортаж и уйдут.
– Сейчас отдадим ваших парней, и я уйду, – сказал я, жестом пресекая его возражения. – Примерно через пять часов навещу Фрэнка Гриффина, там и поговорим более предметно. Предупредите его, что я сразу выйду в кабинете. До свидания.
Пока мы разговаривали, дружинники переправили все грузы и ушли, а со мной остались только Саймур и три бойца.
– Отправьте кого-нибудь за нашими гостями, – сказал я лейтенанту. – Майор должен был собрать их возле канала.
Один из бойцов шагнул в чёрный круг, и почти тотчас же из него один за другим выбежали американцы. Я не собирался поворачиваться спиной к солдатам Эванса, поэтому пропустил свою охрану и пятясь вошёл в канал. Посреди двора были разложены ящики, а тюки с формой уже убрали. Я подошёл к осматривавшему ящики Филу.
– Что в них? – спросил я у него.
– Пока не вскрывали, – ответил он, – но если судить по маркировке, то два десятка пулемётов M2QCHB, причём дали и крестовины, и треноги. Четыре ящика со сменными стволами, а остальное – это патроны. Классные пулемёты, только уж очень тяжёлые.
– Все вопросы решили? – спросил подошедший к нам Алексей. – Вы так сильно задержались, да ещё с небольшой охраной, что мы начали беспокоиться.
– Американцы хотят прислать учёных, – объяснил я. – Понятно, что для их охраны понадобятся военные. А чтобы я их не послал, решили оплатить это дело палатками и всем необходимым, что понадобится нашим беженцам. Под беженцами я понимаю не тех, кто побежит из района боёв, а северян, которые не выдержали натиска тварей и сейчас снимаются с насиженных мест и скоро будут здесь. Пока это жители только одного графства, но скоро убегут все, кто успеет. Чем больше их сбежит, тем тяжелее будет оставшимся.
– Весело! – сказал Алексей. – Вам для полного счастья не хватает только переселения северян и тех тварей, которых они притянут на хвосте.
– Я не могу им этого запретить, – мотнул я головой, – и никто не может. Они держались тридцать лет и, если сейчас бегут, значит, держаться больше нет сил. Давайте перейдём на русский и поговорим на одну деликатную тему. Как вы думаете, Алексей, как отреагирует российское правительство на то, что Штаты посылают к нам учёных и охраняющих их солдат, оказывают гуманитарную помощь и широко освещают это при помощи присланных в наш мир репортёров?
– Трудно сказать, – задумался он. – Большой радости по этому поводу точно не будет. А к чему этот вопрос?
– Не хочу никого пускать, но придётся, – ответил я. – Меня не устраивает сценарий о конце времён из священных книг, а своих сил не хватает. Если американцы хотят рисковать жизнями своих учёных и солдат, изучая на севере хищную фауну, то пусть рискуют, а мы за это получим так необходимую помощь. Даже если придёт какое-то количество гражданских специалистов, все они будут под контролем, а пуповину между мирами всегда можно перерезать. Пока я ничем не рискую.
– Пока? – спросил он. – Вы боитесь, что на Землю сможет прийти кто-то ещё?
– У Салея не было опорных точек, по которым прокладывают каналы, но он и без них нашёл Землю, – объяснил я. – Для этого есть способы. Можно искать по мысленному фону, а можно не морочить себе голову и извлечь точки привязки из памяти пленных японцев. Мы даже у себя не можем контролировать всех магов, тем более не сделаем это у соседей. Поэтому, зная о Земле, рано или поздно кто-нибудь на неё натолкнётся. Если к тому времени не останется никого из землян, то у вас могут и не узнать, что здесь будет твориться. А твориться может что угодно. Если небольшая группа японцев ввергла в огонь войны весь наш народ, то что может сделать какое-нибудь государство? Поэтому очень ограниченное присутствие тех же американцев было бы полезно. Беда в том, что им эта ограниченность будет как кость в горле, а мне тоже мало радости постоянно бороться с их попытками расширить своё присутствие.