Ну, извини отец, что пользуюсь твоей слабостью, но мне очень нужно.
— Пап, ты можешь узнать, что случилось с Яном? Все говорят, что он погиб, но я точно знаю, что он жив.
Отец посмотрел на меня трезвым взглядом, и спросил:
— Зачем ты хочешь это знать?
Вот же, и что мне отвечать на это? А может просто сказать правду? Вот только боюсь, она ему не понравится. Но и выхода особого не было, папа не зря был главой «СБ», самой крупной компании мира.
— Хорошо, я расскажу, но только ты не злись, обещаешь?
Но в третий раз это не сработало.
— Нет, зачем, — пожал он плечами, — Я просто все расскажу Лене. И боюсь, тогда твоя капсула вылетит в окно.
Да уж, нашла я на кого давить, папа и сам не подарок, а в купе с мамой, это просто каток.
— Ладно, ладно, я расскажу, только вот не стоит ее волновать, — маму мне вмешивать совсем не хотелось.
— А вот это уж дочь, я решу сам, — отрезал он.
— В общем, я не зря тебя спросила про него. Его группа, это теперь и моя группа, — выдала я быстро.
— Ну, ничего себе! — его брови снова поползли вверх, — Зато теперь хоть понятно как ты так быстро взлетела.
А вот это было обидно, даже Риз говорил, что это целиком моя заслуга. Но обижаться я буду позже, а сейчас нужно ковать железо пока горячо.
— И вот поэтому, я на сто процентов уверена, что он жив.
— Это невозможно, — как-то совсем неубедительно промямлил папа.
— Невозможно?! — ну почему он мне не верит, — Да я его видела два часа назад, вот как вижу сейчас тебя!
Я уселась рядом с ним, скрестив руки на груди, очень недовольная тем, что он ничего мне вразумительного не ответил.
— Это невозможно, — повторился он.
Да что с ним такое?
— Возможно, — проворчала я, — только его теперь Риз зовут. И он, он, — а была, не была, — он мой муж.
И зачем я это сказала, я и сама не поняла. Но пускай и папа поймет, что у меня своя личная жизнь есть.
— Ты сейчас пошутила? — вкрадчиво произнес отец.
— Да какие уж тут шутки, — фыркнула я и решила его добить, — и да, тебе, кстати, привет от Ольги. Так мне и сказала: «Передавай привет Вене», — глаза отца снова стали огромными, а я продолжила, — Да, да, той самой Ольги, матери Максима.
На минутку мне показалось, что из отца выдернули то, что позволяло ему твердой рукой управлять десятками тысяч человек. Сейчас рядом со мной, сидел ошарашенный и сбитый с толку человек. Но это всего лишь минута. И вот он опять вернулся, мой настоящий папа.
— Собирайся живо! — скомандовал он.
— А куда? — я заметалась по комнате, ища во что одеться. Его метаморфозы меня потрясли.
— Ну, ты же хотела узнать правду? Так что шустрее давай.
***
Машина плавно двигалась по московскому шоссе. Город за стеклом был привычным, и особо меня не удивлял. Казалось бы уже куда, но с каждым годом город все продолжал увеличиваться. И шутки про десятое кольцо, были уже не совсем шутками. А вот сам центр, стал менее людным, но более красивым и зеленым. После катастрофы, когда почти весь центр столицы таки провалился под землю, его отстроили вновь, запретив возводить дома выше девяти этажей. Отреставрировали исторические памятники, разбили парки, скверы, всюду были деревья и цветы. И почти нет машин. А метро пустили по верху над домами, по диаметру садового спиралями к центру закручивались теперь всего две ветки. Мне тут всегда нравилось.
Папа что-то печатал в своем ноутбуке, периодически отвечая на звонки, но понять что либо, я бы точно не смогла. Да, нет, сделайте, быстро, и это приказ. Одни и те же слова каждому звонившему. На меня он, почему-то старался не смотреть, лишь изредка бросал тревожный взгляд.
Мы подъехали к зданию «СБ». Под чистым небом сверкали стеклянные современные башни. Пять штук, связанные между собой арками переходов. Не особо и высокие, так этажей на пятьдесят каждая, но рядом с девятиэтажками это смотрелось ярко. Современные лаборатории, испытательные центры, что-то еще жутко навороченное, и десятки тысяч сотрудников
Я уж не знаю, кто и как им позволил построить это в центре города, но факт есть факт, и теперь это здание очень сильно выбивалось из общего вида старой Москвы.
Мы въехали на стоянку, и отец, наконец, соизволил мне сказать одно слово:
— Идем.
Я почти бегом последовала за ним, а он, даже не подумав сбавить шаг, подошел к лифту. Дверь открылась, и мы вошли, я уже хотела нажать кнопку этажа, на котором находится его кабинет, но он остановил мою руку. Провел карточкой со своим пропуском, по почти незаметной камере видеонаблюдения и сказал: «Допуск 02.1.77». Сбоку от меня раздалось жужжание, и отошла небольшая панель у лифта, с такими же кнопками, как и на обычной. Отец нажал на семь, и мы поехали, только не вверх, а вниз.