— Заинтересовалась? — ко мне подошел Карант и с любопытством поглядел на костюмчик, — А ничего так, и защита на высоте, и параметры, да и бонус комплекта более чем хорош, — заметил он, подмечая характеристики, а не внешний вид.
— С чего бы? — пожала я плечами, — Это же словно только что из сексшопа, отдела для мазохистов. Кто в таком в здравом уме ходить будет?
Карант рассмеялся:
— Видела бы ты в чем игроки ходят, назвала бы это монашеским нарядом.
Вдруг он что-то заметил в дальнем углу и пошел туда. А я еще раз оценила комплект, не ну в принципе, если расценивать это, как отвлекающий маневр против мужчин-соперников, но тогда определенно лучше не проигрывать. Хотя и это тоже, можно посчитать неким стимулом. Но нет. На себя я если такое и надену, то только из «Фиалки», и только для Риза. А это, может Элис снова подарить. Я хихикнула, представив лицо Даркина. Хотя, кто этого некроманта поймёт, еще и понравиться, не дай бог.
Карант стоял у блистающего серебром, полного доспеха рыцаря. Красиво. Чеканный орел на груди, нападающий на оскаленного волка был хорош. На шлеме переливалась строка на неизвестном языке, состоящая полностью из драгоценных камней. И ярко-алый плащ с золотым орнаментом органично добавлял всему этому красоты. Только оружие полностью выбивалось из этой композиции. Средних размеров клинок, с пятнами ржавчины и с обмотанной кожей рукоятью, явно выбивался из общей картины
Но Карант не отводил от него глаз. Я внимательно присмотрелась, но не обнаружила ничего такого, что могло бы заинтересовать охотника. «Старый ржавый меч…», — последнее слово было скрыто, да и урон более чем маленький.
— Риз! — выкрикнул Карант, — подойди, пожалуйста.
Тот появился, словно из воздуха и тоже уставился на меч:
— Нашел всё-таки?
Карант только кивнул на его слова, но тут же выпалил:
— Отдай его мне? Только скажи где кровью расписаться?
Не поняла, это он вообще о чем? Я переводила взгляд с одного на другого, ожидая пояснения, но его все не было.
Риз взял клинок и повертел его в руках:
— Смотри, обратно хода не будет.
— Я согласен, — ответил охотник, и Макс вручил ему этот ржавый меч. Тот принял его осторожно, словно отец, впервые берущий на руки своего ребенка.
— Это что вообще происходит? — спросила я у Риза, — Чего он так на эту железку любуется?
— Железка? — хмыкнул мой парень, — Это не простая железка, Ру, а клинок Печали.
Я укоризненно на него взглянула, вот опять он щаз за свое, но он тут же исправился:
— Это оружие принадлежало когда то Алену, — и перебивая мой вопрос, закивал, — Да, да. Тому самому Алену. В одной из схваток между братьями, смертный, которому было доверено это оружие, сумел нанести царапину Калену. Это была лишь царапина, но бог ощутил страх и бежал. Кровь же попала на клинок и состарила его, и самый прекрасный в мире меч превратился в это.
Только состарил он не только оружие, но полностью иссушил и его владельца. И теперь тот, кто им воспользуется, умирает от старости, а иногда и просто, сразу рассыпается в прах. Вот такое оружие одного удара.
— А игроки? Что с нами-то происходит? — спросила я, уже подозревая, что ничего хорошего.
— Ну а мы отправляемся к самому началу. С первым уровнем и обнуленными навыками. Да еще со штрафом в пятьдесят процентов к опыту.
— Жестоко, — заметила я, — Но вроде не смертельно. Можно быстренько снова набрать. Я же вот набрала больше сотни, хотя играю не так и давно.
— Ох, Ру, — рассмеялся Риз, — Это не так просто, как ты думаешь, просто ты уникум.
— Или мне повезло с компанией. Но, и арена, возможно, окажется для меня не такой страшной, как думаешь, ты, — зацепилась я за его слова, а потом заметила у него в руках пару вещичек, — Что это?
— А это как раз для тебя, протяни руку.
Я протянула правую руку, и Риз защёлкнул на ней симпатичный браслетик. Я прочитала его название «Последний шанс». Больше опознавание ничего не выдавало.
— Вот смотри, — Риз указал на камни на браслете, похожие на жемчужины, — Когда совсем припечет, нажмешь нужный. Зеленый отхилит тебя полностью, красный увеличит на короткое время урон до небес. Синий, тоже самое, но защита. Ну а эти два совсем уж в критичном случае, — он ткнул на оставшиеся белый и черный камушки, — Этот выдержит любой удар, но всего лишь единожды, — он погладил белую жемчужину.