Вот уж нет! Хватит мне этих хитроумных дельцов в жизни.
— Кстати, а что с вашими боями? — поинтересовалась я у мужчин.
Риз задумчиво посмотрел на свой браслет, — скоро уже должен состояться.
Вот он, что совсем не волнуется? Иногда я совсем его не понимаю. Я же видела и не раз, как он просто упивается боем, а тут его словно подменили.
— Милый, все в порядке? — встревожилась я.
— Да, не волнуйся, я просто немного задумался, — ответил с улыбкой Риз.
Я-то видела, что это далеко не так, но так же знала, что если начну из него выпытывать то он либо ответит уклончиво, либо отшутился.
— Слышь Ян, — вдруг спросил наш гость, — а ты вообще, что от турнира то хочешь?
— Не понял, к чему этот вопрос? Победить, конечно, — удивленно ответил Риз.
— Ты мне-то не заливай, уж я-то тебя знаю. Победа, наверняка, всего лишь промежуточный вариант, — уверенно сказал Джокер.
— Ру, встань, пожалуйста, — попросил Риз, и я нехотя слезла с его колен. Он подошел к сидящему в уголке шуту, наклонился и уперся руками в ручки кресла.
— Запомни, ты меня не знаешь, и никогда не знал, — жутко-мрачным голосом произнес он, — все, что ты знаешь и видел — всего лишь ширма и маска.
В гостиной кажется, даже потемнело на миг, а воздух стал тяжелым и тягучим как смола. Шута от слов Риза вдавило в кресло и он тихонько ойкнул, а мне стало не по себе от вопроса возникшего в голове. А знаю ли я его сама?
Но наваждение пропало, Риз стал собой прежним, весело улыбнулся и хлопнул шута по плечу:
— Но отчасти ты прав, победа всего лишь шаг.
Тот быстро пришел в себя, вернув свой прежний уверенный вид:
— Я это к тому, что если что, то я и поддаться могу. Если конечно дело того стоит.
Знал бы он на самом деле, зачем мы все это делаем, вряд ли бы был столь самоуверен.
— И не вздумай, — ответил Риз, — лишишь меня такого удовольствия тебе зад надрать.
— Это да, давно я тобой пыль не вытирал, — поддакнул шут.
И это я себя тут маленькой девочкой представляла? Вот где детский сад. Вроде взрослые мужчины, а ведут себя как мальчишки.
— Идем Ру, погуляем, — вдруг предложил Риз. И это было очень кстати, отрешится от всех проблем и просто погулять по городу.
— Конечно, идем, — радостно подхватила я его под руку и повела к двери.
— И это, Жек, ты бы осторожнее с Элис себя вел, а то мало ли что, — уже уходя, обернулся Риз.
— Ой, да ладно, мне ли бояться твоей горничной? — насмешливо ответил Жека.
— Ну, мое дело предупредить, — пожал плечами Риз.
— Так мы идем? — идея прогулки меня сильно воодушевила.
— Ага, идем, давно мы в Фиалке не были, — с огоньками в глазах подтвердил Риз.
Хм, я-то как раз недавно была, но с ним это было бы куда интереснее. Я открыла дверь и тут же захлопнула ее. Вот черт!
— Ру, ты чего? — удивился Риз.
— Знаешь, я передумала, — я подхватила его за руку и потащила в нашу комнату.
Он остановил меня и сам выглянул за дверь:
— Ого, это что за митинг?
У ворот поместья стояла целая толпа с плакатами. Я горько вздохнула и умоляюще взглянула на Риза:
— Вот, а я говорила, что эта слава до добра не доведет.
— Знаешь милая, что-то я уже сомневаюсь, что останавливать тебя было хорошей идеей.
А уж я-то как сомневалась, а как я ненавидела сейчас гнома, словами не описать.
— Ну, ничего страшного, — весело произнёс Риз, подскочил ко мне и закинул на плечо.
— Ты чего творишь?
— Как что? Тащу тебя в нашу пещеру, устроишь мне приватный показ из старой коллекции, — ответил он, поднимаясь по лестнице.
— Будто бы я и сама не дошла, — буркнула я, болтаясь на плече. Хотя, чего греха таить, его идея мне понравилась.
Глава 41. И как так вышло?
Риз.
— Слушай, а ты думал, что будет дальше? — спросила расположившаяся на моей груди Ру.
Я провел пальцами по ее шелковистым волосам:
— К чему такой вопрос?
— Ну, я подумала просто, а что будет дальше после всего этого? — немного замялась она.
Естественно я много об этом думал, и все варианты меня категорически не устраивали. Когда-то мне придется её отпустить, даже если мне будет чертовски больно.
— Ру, любимая, давай не будем об этом, — мягко ответил я ей, — пускай будет, как будет.
— Ты просто не понимаешь, — вскинулась она, — ведь ты…
Она не закончила мысль, покраснела и отвернулась.
— Родная, пускай я не понимаю, а многое и не хочу понимать, но это не отменяет одного, сейчас я безумно счастлив.
— Дурак, — она уткнулась мне лицом в грудь.