Я даже рот открыла от удивления, забыв напрочь, что секунду назад была готова умереть с ним рядом. Это вообще как?! Но, похоже, сейчас, Макса такие мелочи как «законность» — абсолютно не волновали. Приземлившись в десяти шагах от своего просто увешанного различными магическими щитами соперника, Риз взмахнул крыльями, стряхивая с них остатки огня. Даже отсюда было видно, что он безумно зол. А когда он так злился, то абсолютно забывал об условностях.
Только вот его соперник этого точно не знал. Вскинув щит и меч он бросился на Риза, а тот даже не думая поднимать клинки, просто ударом ноги врезал в верхнюю часть щита, которая и прилетела укрывшемуся сопернику в лицо. Белого на мгновение оглушило, и тут же ему в лицо прилетел удар рукоятью. А следом и с другой руки в челюсть.
Воин покачнулся, но удержался на ногах. Хотя может и напрасно он это сделал. Лицо Риза озарилось безумной улыбкой, той самой, которую я так боялась, и он просто стал вколачивать своего соперника в песок, ни разу не ударив его клинками. Что на него нашло-то?
Мне до жути захотелось сейчас подбежать и остановить его, и чтобы он обещал мне никогда такого больше не повторять. Я неосознанно дернулась, только чтобы снова угодить в лапы гнома.
— Куда ты опять? Лучше посмотри туда, — он указал в противоположный край арены. На песке лежало тело кошки Риза, полностью обожженное и неузнаваемое. У меня даже лицо скривилось от понимания, что он сейчас чувствует.
Гном снова подвел меня к экрану. Я сама уже плохо понимала, что я чувствую. Бурный коктейль эмоций клокотал и бушевал внутри меня. Мир превратился в одну непонятную и бесформенную субстанцию, в которой полыхали два пламени, темное и белое. И если белое постепенно теряло яркость, становилось все больше бесцветным, то темное становилось глубже, блестело черным, вперемешку с алыми всполохами.
Я мысленно потянулась к Ризу, молясь, чтобы он услышал. Протянула руку и темный огонь лизнул мою ладонь, быстро отпрыгнул, но тут же приблизился снова. А уже через несколько секунд полностью обводок мое тело. Я погладила его, с мысленной просьбой прекратить бессмысленную бойню. Он вспыхнул от негодования и ожег меня, но я не отдернула руки и попросила снова. И снова, и снова…. Огонь утихал, из него пропадали яркие искры, и он словно котенок терся об мои руки.
— Ру, ты как? — вывел меня из этого видения голос Даркина, — Ты это, может тебе присесть? А то ты побледнела и не реагировала ни на что, — добавил некромант.
Я и сама чувствовала, как у меня подгибаются ноги, но собралась с силами и посмотрела на то, что творилось внизу. Риз стоял и оглядывал свои руки с ужасом на лице. Его противник превратился из белоснежного воина в нечто, напоминающее серую половую тряпку.
— Вот и все, — горько вздохнул гном, — он победил.
— Только какой ценой? — спросил такой же хмурый Олег.
— Да заткнитесь вы уже оба! — рявкнула на мужчин Мария, — Ничего еще не кончено!
Предчувствуя самое плохое, я посмотрела на место боя и тихо произнесла:
— Главное, он жив.
Тело противника Риза начало пульсировать белым светом, а сам он сломанной куклой поднимался на ноги. Только это уже не было лицом человека. Вместо головы у него находился сгусток белого огня. Я быстро нашла глазами Риза и закричала во все горло, предупреждая его, но он ничего не слышал, склонившись над раненым животным.
Бывший соперник на нагнувшихся ногах неслышно подошел к Ризу и воздел меч клинком вниз. Риз что-то почувствовал и в последний момент повернулся.
— А-а!!! — крик сорвался с моих губ помимо воли. Занесенный пылающий меч вонзился прямо в грудь Риза. И я физически почувствовала эту боль. Словно тот огонь ударил и меня.
— Держи её! — где-то на периферии я услышала чей-то голос.
Чьи-то руки схватили меня, опрокидывая и прижимая к полу. Я рвалась, кричала и брыкалась. Слезы лились рекой по моим щекам, а после, не имея больше сил сопротивляться, я страшно завыла в голос. Так, словно во мне что-то сломалось.
— Ру, вставай, хватит реветь, — услышала я свое имя, но и не подумала подчиниться, — Хватит ныть, девочка! — чертовски знакомый голос стал жестче.
Я взглянула на его хозяина, и глазами полными слез увидела Ольгу, систему, что приняв образ человека, была главным законом этого мира.
— Вставай, — протянула она мне руку.
Я протянула свою в ответ и поднялась. Вокруг, застыв словно статуи, стояли мои друзья.
— Что это? — удивленно спросила я, утирая рукавом слезы.