— Риз, — рявкнул было Тиран, — но увидев мой злой взгляд прижал палец к губам, — к нам иди?
Я подошел к этой парочке, нашел наполненную кружку и выпил залпом.
— Ты чем не доволен-то, хорошо же сидим? — спросил меня бог.
— Это вы хорошо сидите, — зло бросил я, — а ей здесь совсем не место. Я посмотрел на спящую Ру и тяжело вздохнул, — и я абсолютно не знаю, как вернуть её домой.
Амоса просить бесполезно, а других вариантов я не нашел. Опустошив очередную посуду, я уткнулся головой в стол. Был, конечно, вариант с Аленом, но это уж совсем на тоненького.
— Э-э, командир, так может, ты ему скажешь? — проблеял Стефан, — видишь, парень совсем извелся.
— Да мне потом голову снимут, прикрутят обратно, и снова отвинтят, — ответил бог.
Я поднял голову и посмотрел на боевых товарищей.
— Ну, хочешь, я скажу? — не отступился от своей идеи Стефан, — Мне-то терять нечего.
— Жизнь, например? — попытался отговорить его бог.
Сатир отмахнулся от подобного:
— Это не жизнь, а скука смертная. Ни тебе хорошей драки, ни весёлой попойки. Знал бы, никогда не согласился бы на это.
— Это что типа я виноват, что ли?! — возмутился Тиран.
— Да не виноват ты ни в чем командир, сам же я согласился, хотел ещё под твоим командованием походить, а оказался тут.
— Сам посуди, для меня же такая жизнь тихая хуже преисподней, — продолжил Стефан.
Бог налил себе в большую кружку вина и выпил одним глотком. На его лице четко высветилась вина за то, что он не понял, о чем мечтал его боевой товарищ.
— А так, расскажу ему и сделаю правильное дело, а если меня за это уничтожат, то так тому и быть. Но без боя я не сдамся, — сатир громко стукнул пустой кружкой о стол. Мы все вместе резко оглянулись на спящую Ру, но она только повернулась на другой бог, — Да, ты и сам же хочешь им помочь, но чего-то боишься, — сбавил обороты сатир.
Бог задумался, и думал довольно долго. Потом снова опустошил свою кружку, вытер губы рукавом и сказал.
— Хорошо, чему быть того не миновать, сделаем это, — Сатир было уже обрадовался, но Тиран перебил его, — не надо, я сам всё расскажу, а ты молчи. Выживу, верну тебя в мир живых и мы еще повоюем.
— Командир…, - было, возмутился Стефан, но был жестко остановлен.
— Я сказал!! — похоже, в гуляке воине проснулся настоящий бог, — Думаете я такой вот из себя весь, бесстрашный, смелый, воинственный? Нет. Думаете, я хотел этого всего? Войны, битвы, смерть? Да, никогда я такого не желал. Только меня никто и никогда не спрашивал.
— Так, погоди командир, ты же против самого Амоса выступил, и только из-за того что тебя предали, проиграл, — вставил слово Стефан.
— Ложь это, всё ложь, и придумана она братом для обычных людей. Вот добро и зло. Амос, всеблагой и всемилостивый и его брат сатрап и узурпатор. Все просто, но сработало отлично. А дальше спектакль для смертных, и победитель прощает своего врага побежденного и стоящего на коленях.
— Ты об этом не рассказывал командир, — Стефан, похоже, был удивлен не меньше моего.
— А о чем ту рассказывать, о том, что тебя использовали и превратили в марионетку?! — зло спросил бог, — Но это все не важно, надоело мне быть пугалом, пускай братец умоется со своими желаниями. А ты слушай парень, за дворцом есть парк.
— Ага, — я весь превратился в слух.
— Не перебивай. Так вот, пройди через него, хоть это и не будет просто. Там в конце ты увидишь радужный водопад. И как найдешь его, бери свою Ру в охапку, представь, куда хочешь попасть и прыгай. Но запомни, нужно верить в то, что ты делаешь, без этого никак.
— Понял, — медленно протянул я, хотя на самом деле и не до конца. Но надежда во мне ожила и, громко топнув своей женской ножкой, потребовала — ползти, бежать, лететь быстрее к этому водопаду. Но как бы мне этого не хотелось, нужно было к этому подготовиться.
— А теперь мужики, давайте-ка напьёмся? — как-то легко, будто сбросив с плеч гору сказал бог. Мы подняли свои кружки и уже хотели было стукнуться ими, но сзади раздался скрип кровати, — Только, тихо, — добавил бог и мы осторожно чокнувшись, выпили.
— А знаете что? — мне в голову пришла шальная мысль, — А давайте выпьем за рождение?