— Аллилуйя! — вознес руки к небу Риз, — Вот стоило огород городить ради такой мелочи.
Вот точно, он сейчас и эти мозги сломает своими заявлениями. Мелочь для него, видите ли, бога вызвать. Служители встали в круг и затянули молитву, прося Тирана прийти к ним. Я оглядывалась вокруг, но ничего не происходило. Похоже, только что «гениальный» план Риза пошел прахом.
— Эм, может жертву надо? — спросил он у зовущих своего повелителя адептов.
— А есть? — отвлекся тот самый продуманный.
— А то, — весело ответил Риз и ткнул ногой в тела обморочных, — аж целых две.
— Неплохо бы, но обойдемся, — открестился от подобного адепт.
— Ну, смотри, если что, я это быстро устрою, — хмыкнул Риз.
Вот во что никогда не поверю, что он бы смог это сделать.
— Да, какого…?! — послышалось раскатистое ругательство, — Что непонятного?! Нет меня!
Тиран появился в Арене во всей красе. Тот же самый ало-кровавый доспех. Только теперь его голову покрывал ещё и такой же шлем, да и оружия на нем было навешано, впору ходячим арсеналом назвать. Служки рухнули на колени, с мольбами о прощении.
— Бестолочи, — зло пробасил Тиран, — Что нужно-то?
— Кх, кх, — подал голос Риз, привлекая к себе внимание.
— А-а, это вы, — бог, словно лимон целиком проглотил, — чуяло моё сердце, что не стоило являться.
— Мы, — подтвердил Риз, — Прости, но без тебя совсем никак.
— Привет, — улыбнулась я Тирану, — Так уж получилось.
— Получилось! — возопил он, но быстро понял, что мы не одни, и гулко рявкнул, — Все вон!!
Служителей как ветром сдуло с арены. Мы даже не заметили как они и своих бессознательных подхватили.
— Получилось у них, — натягивая на себя улыбку, он прошелся и помахал трибунам, — Вы хоть знаете что натворили? — приветствуя зрителей, спросил он нас.
— Эм, я вот в турнире победил, — ответил Риз.
— Домой мы вернулись, — добавила я.
— Победил, вернулись. Ай, какие молодцы, — не ожидала я такого яда от бога войны.
— Да ладно, что случилось то такого, подумаешь, ну не оправдал я ожиданий, другого найдете.
Ой, дурак, ой дурак, — закатил глаза бог, — Но во-первых не найдем, и Амос в бешенстве, — начал говорить бог.
— Пусть валерьянку пьет, — буркнул Риз.
— Лучше молчи, — рявкнул на него бог, но, всё ещё играя на публику, возложил ему руку на плечо.
— Что ещё-то произошло? — меня начало охватывать беспокойство.
— Ничего такого, подумаешь, Охоту испортили. Вот только это БОЖЕСТВЕННАЯ охота. А значит, это нарушение одного из законов Мира.
— А нехрен было на меня охотится и моих… хм, друзей, — огрызнулся Риз, но Тиран даже этого и не заметил, — Но это полбеды. Ты мне лучше скажи, куда вы мировое древо дели? — продолжил Тиран.
— Э-э, не понял, — удивленно спросил Риз.
— Что непонятного-то? — с улыбкой спросил бог и, тут же повысив голос, заорал, — Где дерево, сволочи?!!
Риз нарочито поковырялся в ухе и тихо ответил:
— Я тебя щас убью. Я может и сволочь, но если ещё раз такое вякнешь о Ру…
— То, что? — надавил голосом Тиран, но Риз уже закусился:
— Узнаешь.
Мне, конечно, чертовски приятно, что он меня защищает, но это он зря сейчас сделал.
— Чёрт, с вами, — пошёл на попятную Тиран, — всё равно уже поздно. Хоть скажите, как вы умудрились его уничтожить? Оно же бессмертно, неуязвимо и вечно даже по нашим меркам.
— Его никто и не уничтожал, — ответила я, — оно просто с нами ушло.
— Дерево? Ушло? — ошарашили мы все-таки бога, — Но как?
— Ногами, вырастило и ушло. Задрали вы его. И что значит поздно? — спросил Риз.
— То и значит, что обратно уже ничего не вернёшь, и миры сорвались и скоро сольются в один, — вот абсолютно ничего не поняла я, но судя по тону, ничего хорошего это не предвещало, — а, ну и по-мелочи, — продолжил бог, — братья решили человечество ополовинить. И Амос совсем не против этого.
— Они что сбрендили? — спросил Риз.
— А что ты хотел, натравливая на них своего ручного кровососа?
— Вот тут-то мы в чем виноваты? Это же вы его как дичь на охоту присмотрели? — возмутился Риз.
— А это уже никого не волнует, я вас предупредил.
— Слушай, одного не пойму, — задал вопрос Риз, — Ты то-почему с ними? Ты же не такой, на самом деле.
— Не знаю, — задумчиво ответил бог, — иногда мне кажется, что я совсем не тот, кем родился. Но поделать ничего не могу. К тому же, — он развел руками, — они моя семья, а семью не выбирают.
— Ладно, пора заканчивать этот балаган, — бог воздел руки, и над Ареной стало образовываться алое в сполохах облако.