Но Дрейк продолжал нависать рядом со мной каменным изваянием. Всматриваться в моё лицо и что-то объяснять. Его низкий роскошный голос с этой сексуальной хрипотцой завораживал, хотелось слушать и слушать.
— Алекс, ты понимаешь, что я говорю?
Сосредоточилась на его слова. Кивнула.
— Каудал. Мой запах…
— Твой запах, Алекс, — стиснув челюсти, кивнул Дрейк. — Будь я в обычном состоянии у тебя не было бы такой реакции на каудал. Но моё тело отреагировало на твой запах. Это изменило состав вещества. Он стал таким, какой рихты впрыскивают друг другу во время гона. Стимулируя друг друга на большее удовольствие во время секса.
— Но чип…
— Он приглушил твой запах. Но не убрал полностью. Я всё время его чувствовал. Но там была вентиляция, большие помещения, я мог держать дистанцию. Здесь, сейчас, в этом тесном пространстве… Влияние на мою физиологию оказалось слишком интенсивным. Каудал у тебя в крови, Алекс. С убойным составом для стимуляции физического желания.
— Это… можно как-то… нейтрализовать? — спросила я, всё же найдя в себе остатки здравомыслия.
— Нет, Алекс, — процедил Дрейк, опуская взгляд на мою часто вздымающуюся грудь. — У меня здесь нет ничего, чем тебе помочь. И на помощь позвать не могу. Будь я один, выкрутился бы. Но ты… Я не имею право тебя так подставлять. Я не сразу смогу притушить информационные волны в особых кругах, если нас с тобой здесь найдут.
— Что… делать? — выдохнула я, и это был уже откровенный стон.
Моё тело корчилось от желания, которое я никогда в жизни не испытывала.
Это было похоже на безумие, на болезнь. Я смутно понимала, что это ненормально, что это действие того самого вещества, но осознание не помогало.
Я хотела. Безумно, отчаянно, животно. Хотела Дрейка. Этого мощного, крайне притягательного мужчину. Прямо сейчас!
В глазах Дрейка вспыхнула решимость. Я вздрогнула и тут же застонала от яркого удовольствия, почувствовав, как его хвост обвивает моё здоровое бедро.
Дрейк наклонился ко мне, его лицо оказалось прямо над моим.
— Есть способ, — сказал он жёстко, без прикрас. — Мы займёмся сексом. Гормональный всплеск в твоей крови, выброс эндорфинов и окситоцина… он частично нейтрализует действие каудала. Снизит его концентрацию до безопасного уровня.
Мой разум, затуманенный химическим пожаром в крови, отчаянно пытался сообразить. Стыд. Ужас. Практичность. Желание, которое разрывало меня изнутри.
И где-то в глубине, под всеми этими слоями, настойчиво пульсировало что-то ещё. Что-то, что ждало этого с самого первого дня в его кабинете.
Заняться сексом? С ним? С Дрейком?.. Прямо здесь и сейчас? Да это же самое лучшее, что я только могла от него услышать!
И плевать, что у меня ещё ни с кем и никогда не было, сначала училась наизнос, потом работала, чтобы помочь семье. Откладывала жизнь на потом…
Сейчас я смотрела на него, на этого огромного, опасного, до одури красивого рихта, который только что спас мне жизнь и теперь предлагал заняться сексом.
Я только что чуть не умерла. Не хочу откладывать жизнь на потом… Хочу жить сейчас!
— Алекс? — хрипло спросил Дрейк, опуская взгляд на мои губы.
Вместо ответа я обняла его за шею и потянулась губами к его губам…
Глава 28. Сдержанно
Дрейк Зартон
Я говорю Алекс правду. Жёстко, чётко, отрезая всё лишнее.
Мой голос звучит хрипло — телу непонятны разговоры. Оно требует немедленно овладеть этой восхитительной самочкой.
Хвост солидарен, согласно обвивая здоровое бедро Алекс. Я едва удерживаю его от нового выброса шипов и жала. Пока ей хватит каудала. И так чрезмерную дозу ей вкатил.
На людей тоже действует. Особенно с набором генов Алекс. Я даже порез мог не обрабатывать. Уже затянулось без следа.
Там, в падении, впрыск каудала ей был обоснован. Вещество рихтов не только для стимуляции желания в партнёре, но и, в первую очередь, для усиления регенерации.
Мне-то, живучему рихту, ничего бы не было. Любая боль привычна.
Алекс же слишком хрупка…
В том, как мы падали, травмы для неё были неизбежны. Сам не знаю, как умудрился уберечь… Моё тело полностью её обезопасило. У Алекс ни переломов. Ничего.
Эти мысли проходят фоном и растворяются. Потому что я смотрю на неё…
То, что сейчас я вижу в Алекс… аромат от неё, усилившийся теснотой, её возбуждением от каудала…
От этого весь мой контроль летит в бездну.
Сказал максимально доходчиво. Жду. Сдерживаюсь. Смотрю на неё.