— Для такого, как я? — он удивленно приподнял одну бровь.
— Ну да, — смутилась я снова. — Огромный, сильный рихт. Владелец корпорации. Ходячая боевая машина. А обращался со мной как… — я запнулась, подбирая слово.
— Как? — он подался вперёд, и его горячее дыхание коснулось моих губ.
— Как с тонкой фарфоровой куклой, которую боишься сломать, — выдохнула я ответ.
Он замер, глядя мне в глаза. Потом его взгляд упал на мои губы.
— Я рад, — прошептал он хрипло, — что не сломал.
В следующее мгновение его губы захватили мои с властной, неоспоримой уверенностью. Обжигающий, лишающий остатков мысли поцелуй.
Я тут же ответила, обнимая широкие плечи, прослеживая кончиками пальцев рельеф внушительных жёстких мускулов.
Его язык вторгся в мой рот, и вкус его — дикий, пряный, мужской — смешался со вкусом моего собственного желания.
Он перевернул меня на спину, и я оказалась под ним. Наша одежда, заботливо подстеленная рихтом, защищала от холода металла, а подавляющий вес его высокого мощного тела надо мной лишал дыхания от ощущения беззащитности перед его силой и парадоксальным чувством тотальной защищённости.
Мужские бедра непреклонным сильным движением раздвинули мои ноги, и он расположился между них с тем же уверенным, окончательным осознанием моей принадлежности ему, с какой его губы сейчас владели моими.
— Дре-е-йк! — мой резкий восторженный выдох от глубокого сильного вторжения.
Он вогнал в меня член до самых глубин, раздвигая мою тесноту, наполняя меня до краёв обжигающим властным движением.
И замер у меня внутри, разрывая поцелуй и пристально заглядывая в мои глаза из-под упавшей на лоб белой чёлки.
А я, задыхаяясь от полыхающих во всём теле томных, распирающих ощущений, не могла оторвать взгляд от его темного пронзительного взора.
Не могла насмотреться. В тусклом свете его лицо казалось вырезанным из глубоких теней и резких идеальных линий. Высокие скулы, волевой подбородок, белая прядь на лбу, которую я сейчас откинула рукой.
Он был... не просто красивым. Он был совершенным. Скульптурой живого, дышащего могущества. И сейчас вся эта неукротимая сила была полностью сфокусирована на мне.
Память о его невероятной осторожности в мой самый первый, наш первый раз, о том, как он замедлялся и замирал при малейшем намёке на мой дискомфорт, сладко щемила в груди.
Только вот сейчас я больше не хотела медлительности. Во мне бушевало другое желание.
Может, остатки каудала, а может, пробуждённая им, Дрейком, дикая часть меня самой, о которой я и не подозревала.
Мне нестерпимо требовалось почувствовать его. Всю его силу. Весь его опыт. Без малейшего сдерживания.
— Дрейк, — выдохнула я, не зная, что больше в моём голосе, мольбы или требования. — Ты слишком осторожен со мной... Я хочу сильнее чувствовать тебя.
На его красивых чувственных губах вспыхнула хищная усмешка. Его тёмные горящие глаза сузились. В них вспыхнуло понимание, а затем — яростное, одобрительное пламя.
Следущим же проникновением он вырвал у меня довольный протяжный стон. Затем ещё. И ещё. Глубже. Резче.
Теперь это были мощные, глубокие, властные толчки, которые вышибали воздух из моих лёгких и заставляли всё моё существо трепетать в такт.
Каждое движение рихта было безупречно рассчитанным и безжалостно эффективным.
О, Дрейк явно знал, что делает со мной. Его опытность ощущалась осязаемой силой, которая вела меня, открывала мне мою неизведанную чувственную суть.
Он брал меня с нарастающим темпом, не сводя с меня чуть прищуренных пылающих глаз. И я же не могла разорвать наш зрительный контакт. Смотрела и смотрела прямо ему в глаза, чувствуя, как растворяюсь в его звериной, яростной страсти…
Следила, как играют под кожей могучие мускулы, как напрягается его крепкая шея, как красивое сосредоточенное лицо то и дело искажается ярким наслаждением.
И ещё я всё время чувствовала его хвост. Он скользил по моей коже, и это ощущалось как упругое бархатисто-живое, горячее, обладающее собственной волей, существо.
Я подрагивала от острого, щекочущего возбуждения. Упругий, мягкий кончик хвоста ласкал мою шею, грудь, дразнил соски, спускался к бёдрам, и снова поднимался выше, обвиваясь вокруг запястий, ласкал плечи, и снова грудь, вызывая целый каскад нереально приятных ощущений по всему телу.
Дрейк приподнялся, разводя мои бёдра шире, непрерывно погружаяясь в меня, а кончик хвоста провёл по моему животу, ниже пупка, а затем опустился ниже, туда, где наши тела соединялись. Нашёл клитор, и… начал творить что-то совсем уж нереальное.
Лёгкими, виртуозными касаниями он ласкал меня, усиливая каждое его движение внутри меня.