Мох, как и всё здесь, производил неизгладимое впечатление. Он переливался всеми оттенками зелёного и голубого, создавая вокруг мягкое, сказочное свечение. И думала о том, сколько сил и любви вложено в это место.
— А здесь, — Дрэго остановился у небольшого строения, вписанного в склон холма, — наш первый тренировочный зал. Я построил его, когда дети были еще совсем маленькими.
— И мы его разнесли, — подал голос Хард. — Помнишь, Дрейк? Ты тогда хотел проверить, выдержит ли стена удар хвостом.
— Выдержала, — усмехнулся Дрейк. — А вот потолок — нет.
— Потом его месяц восстанавливали, — покачала головой Ялика, но в её глазах светилась улыбка. — А отец вам устроил…
— Мам, — Дрейк и Хард переглянулись и одновременно сделали хвостами какой-то жест, который явно означал просьбу не развивать мысль.
Мы рассмеялись. Я украдкой посмотрела на Дрейка. Сейчас он был совсем другим. Не магнатом, не владельцем корпорации, а просто сыном, который проказничал и шалил в детстве, как все мальчишки. И от этого он становился… ближе и понятнее что ли.
Мы прошли ещё несколько построек. Современные общежития, полосы препятствий, зоны для отработки пси-способностей. Дрэго рассказывал о каждом объекте с такой гордостью, будто речь шла о живых существах. Наверно, для него так и было. Его детище росло и развивалось.
— А это, — он указал на современное здание из стекла и металла, которое я уже видела вчера, — новое сердце полигона. Экспериментальный корпус.
— Дрейка идея, — добавила Ялика, и я заметила, как её хвост довольно дёрнулся. — И его финансирование.
Я покосилась на предвкушающе хищное лицо Дрейка. Он явно гордился тем, что удалось здесь сделать.
— Лучшие пси-тренеры не любят разъезжать, — усмехнулся он, встретив мой взгляд. — Поэтому приходится подстраиваться под их требования.
Ялика мелодично рассмеялась, а Дрэго лишь коротко кивнул с усмешкой. Хард и Диана, как и Гранк с Кетти добавили, что лучше места для тренировок и придумать сложно.
Нэдис и Мирей явно наслаждались прогулкой с семьёй, детвора носилась вокруг, им все было интересно, а император орсов смотрел предельно внимательно и заинтересованно. Потом заметил, что им явно есть, в чём развивать сотрудничество между Империей и Конфедерацией.
Мы шли по дорожке через джунгли, и я всё больше поражалась тому, как гармонично здесь всё устроено. Постепенно наша большая компания распалась.
Женская часть — Ялика, Диана, Варика, Мирей и я с ними — остались вместе с детьми, которые не хотели спокойно и чинно идти вместе со взрослыми и носились куда-то в бок, то и дело отвлекаясь на светящихся бабочек или необычные растения.
Мужчины — Дрэго, Дрейк, Хард, Роргард, Гай — заговорились, обсуждая какие-то свои интересные только им технические детали полигона. Я слышала непонятные обрывки фраз о сенсорах, нагрузках, адаптивных системах.
Гранк с женой Кейт шли чуть позади, я заметила, с какой гордостью и любовью они посматривали на Диану с Хардом. Даже меня проняло, и моя улыбка невольно становилась шире.
А потом мы, наконец, вышли к гоночной трассе, и я ахнула. Огромное пространство, уходящее вдаль, с крутыми поворотами, подъёмами, спусками. И над ней — парящие аэробайки. Те самые, «Проблески-4», которые вчера показывали на проекции.
Вживую они выглядели ещё более потрясающе. Чёрные, роскошные, с обтекаемыми хищными формами, они казались нереальными, чем-то из далекого будущего.
— Так… Кто хочет испытать? — Дрэго обернулся, в его тёмном взгляде горело хищное предвкушение.
Визуал Дрэго и Ялики
Глава 48. Подготовка
Мы расположились в наблюдательном зале — просторном помещении с панорамными окнами во всю стену и десятками голографических экранов, транслирующих каждый участок трассы.
Пульты управления мерцали данными: скорость, перегрузки, состояние систем, биометрия пилотов.
Я невольно залюбовалась интерфейсом. Не могла иначе. Это было как смотреть на сложный код — сначала видишь общую структуру, а потом начинаешь замечать нюансы, которые делают систему либо идеальной, либо уязвимой.
Информация подавалась с идеальной наглядностью: траектории движения, скорость, перегрузки, состояние систем каждого байка.
Данные дублировались в нескольких форматах — цифровом, графическом, даже цветовом. Можно было следить за гонкой, просто наблюдая за перемещением цветных меток на схематичной карте, а можно было погрузиться в детали.
Гранк занял место у панорамного окна, сказав, что хочет видеть всю картину целиком. Его жена Кэйтлин встала рядом, чуть касаясь его плеча.