Тревога вернулась, когда настало время запланированного реванша. Почему вид матерых огромных рихтов с азартом натягивающих на себя броню вызвал холодок по коже.
— Лечебных капсул, если что, на всех хватит, — оптимистично заявил отец Дрейка, когда Ялика подошла пожелать им удачи.
Она-то привычная к таким шуткам, просто насмешливо фыркнула и мягко хлестнула мужа своим пушистым хвостом, а вот мне резко стало не по себе.
Глава 52. Полигон
Я смотрела, как они выходят из экипировочного зала, и не узнавала этих мужчин.
За обеденным столом они были сыновьями, братьями, мужьями, отцами. Смеялись, подшучивали друг над другом, обсуждали какие-то бытовые мелочи.
Сейчас, шагая по широкому коридору в сторону полигона, они становились кем-то другим.
Дрэго, как хозяин, шёл впереди, и его спина казалась ещё шире, ещё мощнее, чем обычно. В его целеустремленном молчаливом движении было столько хищной, абсолютной силы, власти и контроля над окружающим, что у меня по спине пробежал холодок.
Гранк, чуть поодаль, выглядел столь же внушительно. Можно было подумать, что он рожден в этой боевой броне. Он даже как-то расслабился, будто именно это гармоничное нагромождение щитков, эластичных вставок, всяческой электроники, приборов и оружия было ему привычнее повседневной одежды. А может так оно и было.
Кейт, стоявшая рядом со мной, проводила мужа гордым и самую малость встревоженным взглядом. И я ее очень хорошо понимала.
Хард и Роргард шли следом. Хард что-то с усмешкой сказал императору, и тот в ответ усмехнулся и скрипнул хвостом. Да, их хвосты сейчас явно вели самостоятельный интенсивный диалог: причём белый плоский хвост Роргарда, пощелкивая, изгибался очень не хуже хвостов рихтов.
Даже Гай, к холодному и спокойному виду которого я уже привыкла, сейчас смотрелся иначе, более собранным, и ещё более остро-опасным. А еще сейчас особо остро стало заметна его схожесть с отцом. Те же неуловимо скупые жесты, та же стать и разворот плеч.
Дрейк замыкал шествие, и, едва взглянув на него, я уже не могла оторвать взгляд.
До этого, в обычной одежде, в рубашке с закатанными рукавами, он был красив, силен, привлекателен и чертовски сексуален. В нём явственно читалась опасная, притягательная мощь.
Но сейчас, весь в броне и увешанный оружием, с шлемом подмышкой… мне привиделось в его мощной фигуре и его темном взгляде что-то абсолютно первобытное. Хищное, пожалуй, даже звериное. Нереальное в своей спрессованной энергичности, совершенное, смертоносное…
То, что я видела лишь мельком — в вентиляционной шахте, когда он поймал меня в падении, когда его хвост обвил мою талию, спасая от удара.
Сейчас он был именно таким. И я могла его теперь разглядывать до одурения и жарких мурашек по телу. И от этого захватывало дух.
У дверей экипировочного зала Дрейк вдруг остановился. Повернул голову. Нашёл меня взглядом через весь холл.
Короткий кивок и тёплая, уверенная улыбка.
Космос! Что же я так растекаюсь, словно он мне два спутника подарил в придачу и кольцо?
Я улыбнулась в ответ, помахала рукой и как-то даже… выдохнула. Сама не заметила, что почти не дышала это время.
Потом рихты и орс скрылись за дверью, и я осталась стоять, чувствуя, как сердце заходится от тревоги за них. Это близкие, наверно, привычные к подобным развлечениям. А вот я не на шутку волновалась. Еще эта шутка отца Дрейка.
Шутки, шутками, но я сама видела, как он активировал команду на расконсервирование дополнительных капсул.
Так, спокойно. Там все взрослые опытные рихты. Они же не всерьез будут биться? Я уверена, что нет.
В качестве зрителей, мы расположились в зале кругового обзора — просторном помещении с панорамными экранами, охватывающими весь полигон.
Мягкие кресла, пульты управления, десятки голографических дисплеев, транслирующих разные ракурсы и планы.
Система была продумана до мелочей: можно было следить за каждым участником, за каждой зоной и за общим ходом учений.
Я оказалась между Яликой и Кейт. Справа от нас устроилась Диана, скрестив ноги и положив хвост на колени — напряжённо, будто она сама готовилась к бою.
Мирей заняла кресло чуть дальше, но её хвост то и дело дёргался в сторону экранов, выдавая волнение.
Ох, что-то мне уже нехорошо.
Варика сидела с непроницаемым лицом, но её пальцы мерно поглаживали подлокотник — успокаивающий жест, который она, кажется, делала неосознанно.
Нэдис заняла «командирское» кресло в центре. Она сидела с прямой спиной, с лёгкой, загадочной улыбкой. Её серебристый хвост лежал вдоль бедра неподвижно, только почему-то кончик обвил ножку кресла.