– Почему? – выдохнул он мне в лицо, а в глазах лихорадочно заблестели голубые всполохи, рассеивая пелену гнева.
– Так нужно, – ответила, а что я могла сказать? Уложиться в несколько секунд, чтобы поведать всю историю? Но сейчас сюда зайдут девочки и что они обнаружат? А стража? Как Рамир пробрался сюда? Я похолодела от ужаса, что он мог сделать, чтобы попасть сюда. Ведь всё это может вновь обернуться войной между оборотнями и магами.
– Просто скажи, что любишь его и я отпущу тебя, – когти на коже дрогнули, но лицо оставалось спокойным.
– Это неправда, – возмутилась пылко, но, взяв себя в руки, шепнула. – Ненавижу его, но ничего поделать не могу.
– Кто-то в опасности? – блеснули догадкой голубые глаза и я кивнула.
Но обсудить ничего не вышло, как я и предполагала с самого начала. Мы одновременно с волком услышали приближающийся с зала гомон детских голосов и я испуганно замерла, не зная, что теперь делать. Если Меино узнает, что я говорила с Рамиром, то может нарушить условия договора и навредить Любаве прямо сейчас.
Когти с шеи вмиг слетели, и уже нормальные пальцы прошлись по лицу и волосам. Жадное прикосновение пылающих губ к моим. Рамир словно пытался напиться поцелуем, играя языком замысловатый танец. Внизу живота стало нарастать напряжение и я отчаянно вцепилась в стальные мышцы оборотня. Не хотелось никуда отпускать его, продолжая страстный поцелуй, но опасность была слишком близка.
Рамир отпустил меня, скользнул к двери и исчез в проёме, не обернувшись. Я прислушалась, но никакой стычки со стражей не было. Куда же делась охрана этой комнаты? Почему их не оказалось на посту? Не прошло и пары секунд, я даже дыхание перевести не успела, как через бордовую штору в комнату вбежали красиво наряженные девочки. Их было пятеро и все оказались разного возраста. Среди них я увидела Аделину и приветливо ей улыбнулась. Девочка зажала меня в объятиях, а потом сделав несколько шагов назад, выдохнула:
– Ты очень красивая, Майя. Платье просто волшебное! Я словно в сугробе искупалась, пока тебя обнимала.
– Да, оно и есть волшебное, – я подмигнула.
Потому что Ирмалинда сотворила настоящее платье-трансформер. Я отлично запомнила где нужно отстегнуть застёжки, чтобы стать невесомой и легко упорхнуть на драконе.
Шторы вновь судорожно дёрнулись и в комнату ворвался растерянный оратор. Тот самый, что недавно стоял на сцене. И каким-то чудесным образом его голос распространялся на весь огромный зал.
– Какое у вас имя? – спросил оратор с испуганными глазами. – Мне нужно вас представлять, а мне никто толком не сообщил. Говорят, что вы просто Майя.
Вопрос поставил меня в тупик. В земной жизни меня звали Майя Егоровна Потёмкина. И как это можно перефразировать, чтобы было похоже на имена этого мира? И я ляпнула первое, что пришло в голову, пока меня ни в чём не заподозрили.
– Майя Рина Тёмная.
Потому что мама у меня была Марина. Да и Потёмкина вполне себе тёмная фамилия. Оратор удивлённо вскинул брови и, быстро кивнув, скрылся за бордовыми шторами. А я встала недалеко, прислушиваясь. Наверное всё-таки не слишком удачно адаптировала свою ФИО.
– Майя, – взяла меня за руку Аделина.
Я опустила глаза вниз. В переживаниях я как будто отключалась от всего происходящего, всё больше погружаясь в себя. Поцелуй Рамира будоражил воспоминания и я вновь и вновь прокручивала в голове его опасный взгляд, а потом это страстное слияние наших тел. Аделина вернула меня к реальности.
– Пообещай мне, что будешь брать меня в путешествия, если родители отпустят.
– Да, хорошо, – кивнула.
Если моему побегу не суждено случиться и я выйду замуж, то буду брать Аделину с собой. Хоть какой-то лучик надежды в этом Элигарде. Постараюсь получить от своего положения всё, что полагается. Отчаянная мысль, пугающая и грустная. Девочка широко улыбнулась.
– А если ты не станешь Кайзер, то не забудь обо мне. Я буду тосковать.
Неожиданные слова словно эхо несколько раз повторились в моей голове.
– Если я что?
– Может быть это был вовсе и не сон, – многозначительно подмигнула мне Аделина, чем удивила ещё больше.
Значит, она и в самом деле понимала, что её сны являются пророчествами? Но почему тогда девочка сразу мне так и не рассказала? А может быть она понимала, что так просто я ей не поверю? Одни вопросы. Но поговорить с Аделиной мне не удалось, потому что почти сразу после представления Меино Экхарда Кайзера прозвучало моё новое придуманное только что имя.
– Майя Рина Тёмная! – провозгласил оратор и оркестр начал играть громкую мелодию, под которую по всей видимости должна была выходить я.