– Тара мне рассказала, – а желваки заходили ходуном на скулах. – И ее слова огорчили. Я думал, что воспитал благородную деву, однако ты разделила постель с дикарем, с грязным орком. Притом добровольно легла с ним.
– Ты ошибаешься, они не дикари, они не желают войны.
– О чем ты тут толкуешь, глупая девчонка? – глянул на нее с раздражением. – Беретесь рассуждать о том, в чем не смыслите! Орки хотят вернуть Карстовый лес! Но этого не будет. Думаешь, дикарь сделал тебя своей женой от большой любви? Нет! Он решил надавить на меня через тебя!
– Отец…
– Молчи! – развернулся к дочери. – Мы поступим следующим образом. Ты, как и договаривались, станешь женой правителю Зарда. Что до дикарей, я их уничтожу. Порою справиться с чумой можно только одним способом – огнем.
На крик прибежала Тара, за ней служанка.
– Ты говоришь как безумец! – выпалила Тайли. – Вожак катаганов даже готов был простить тебе убийство отца с матерью! Ты же давно как позабыл что такое честь и достоинство!
В следующее мгновение девушка ощутила удар по лицу.
– Не смей открывать своего рта, орочья подстилка, – зашипел правитель. – Ты мне не дочь больше, ты шлюха, которая раздвинула ноги перед дикарем. Уже завтра в Аранхарм прибудет герцог Луар, он заберет тебя.
И покинул опочивальню, Тайли же опустилась на колени и разрыдалась. К ней подбежала мать, Ия, но толку…
С наступлением сумерек Арвиг выставил около дверей комнаты дочери охрану, дабы та не помышляла о побеге, матери так и вовсе запретил навещать Тайли. Тара попыталась воззвать, если не к разуму, так хотя бы к отцовскому сердцу Арвига, но тщетно.
А на следующий день еще до рассвета в Зале советов правитель собрал своих верных рыцарей.
– Мы теперь знаем, где сосредоточилось зло, – Арвиг подошел к карте и указал на плато Хороса. – Клан катаганов осел здесь, они за восемь лет восстановили силы, провозгласили своим вожаком сына Радула и готовятся вернуть Карстовый лес. И они осмелились покуситься на мою дочь.
– Насколько нам известно, – вступил один из баннеретов, – ваша дочь была отнюдь не пленницей.
– Моя дочь стала жертвой нашего противостояния, – бросил гневный взгляд на рыцаря. – Орки осквернили ее честь, чем нанесли мне личное оскорбление. Пора положить орочьему беспределу конец. Тот дикарь, что решил вернуть Тайли, единственный кто, по всей видимости, осознает последствия.
– И как же ты собираешься ответить? – Барса поравнялся с Арвигом. – Они вне наших земель. Нападения не было, более того, они вернули вам дочь. И как передал гонец, воевать не желают.
– Мне плевать на их желания и нежелания. Оркам никогда не было и нет веры, нам нужно действовать на опережение. Эти звери должны знать свое место. Потому, – выпрямился правитель, – зашлем на плато боевых драконов. Пусть выжгут дотла их деревню.
– Что ты такое говоришь? – опешил Барса. – Драконов запрещено использовать для нападения. Это Верховный закон и един он для всех, кто держит драконов.
– Те, кто писали эти законы уже давно как покинули землю, – усмехнулся в ответ, – я правитель Анархарма. Люди вменили мне свои жизни, я должен их защищать. А орки – угроза жизни и спокойствию моих верноподданных. За три года мы вырастили и натаскали двадцать боевых тварей и тридцать сторожевых, поздравляю господа, мы непобедимы. Ни у кого больше на материке нет такого количества драконов.
– Ты затеял опасную игру, Арвиг, – вступил Окайн. – Пусть у Аранхарма и больше драконов, но их использование приведет к нарушению баланса сил, что может привести к войнам. И не только с орками.
– Пусть лишь осмелятся бросить мне вызов, любезный Окайн. И потом, они мне еще спасибо скажут за то, что я избавлю их от возможно опасного врага.
В этот момент в залу вошел стражник:
– Правитель Зарда прибыл!
– Прекрасно, ведите его сюда, – расплылся улыбкой Арвиг, после чего махнул рукой остальным, – мы закончили. Ступайте. Оповестите дрэксов, отправим на плато пять драконов. Они должны отбыть завтра с рассветом.
Баннереты покинули залу в скверном расположении духа. Им уже давно претила политика Арвига, но народ его продолжал поддерживать.
Спустя несколько минут в дверях появился герцог Луар, он подошел к Арвигу, склонил голову.
– Приветствую!
– Проходи, дорогой Луар. Садись.
Однако герцог не выглядел особо довольным, он резким движением отстегнул плащ, после чего сел за стол:
– Мне донесли, вы желаете вернуться к обсуждению союза с вашей дочерью. Вам удалось ее отыскать?
– Да. Моя дочь вернулась домой. Надеюсь, наш уговор в силе?
– Позвольте узнать, орки не нанесли вреда ее здоровью? Она хорошо себя чувствует? – Луар явно нервничал, пытался тщательно подбирать слова. – Насколько мне известно, дикари зачастую используют наших женщин как рабынь или наложниц.