– Ты сможешь ей помочь? – Фаргар уже вторые сутки как боролся с желанием нанасти визит правителю Зарда и добить ублюдка.
– Как? – всплеснула руками раздосадованная орчанка. – Разве что роды вызвать раньше времени, чтобы жену твою спасти, – и задумалась. – Видимо так и придется.
Фаргар тогда стиснул зубы и со всей силы ударил кулаком по столу, отчего тот переломился напополам.
– Бесись, не бесись, а выбор сделать придется. Или обоих потеряешь, или только приплод.
– Неужели иного выхода нет? – посмотрел на нее такими глазами, что даже Магура испытала сильную душевную боль.
– Бэр Фаргар… она истощена. Не будь у Тайли живота, и то было бы все плохо, а тут… Я понимаю тебя. Не думай, что мне легко. Но я повидала за свою жизнь много чего. Поверь, жизнь самки дороже.
– Ладно, – процедил через силу. – Делай, что надо.
И Магура вернулась в покои Тайли. Та настолько была рада видеть эту старую ворчащую орчанку, что аж духом воспряла.
– Девочка моя, ты не родишь, – с опаской опустилась в резное кресло, которое под ней как-то подозрительно заскрипело.
– Как? – вмиг побелела.
– Не справится твое тело с родами, когда время придет. Не выпустишь дитя, так и помрете оба. Я тебе когда-то говорила, мелкая ты очень, хилая. А сейчас и подавно. И пока есть еще возможность, надо вызывать роды.
– Нет, – замотала головой. – Нет! – и накрыла руками живот.
На что повитуха понимающе кивнула. Не впервой ей слышать это горькое «нет».
– По-другому никак.
– Я доношу и рожу! – а жгучие слезы побежали по щекам. – Вернусь в Аранхарм и рожу там, в отчем доме. А Фаргар будет рядом! И первым возьмет сына или дочь на руки!
А Фаргар все это время стоял за дверью, слышал жену, отчего готов был сквозь землю провалиться.
– Дай-ка, я еще раз осмотрю тебя, – Магура подошла к ней, – задери рубаху.
И когда Тайли выполнила просьбу, орчанка принялась ощупывать живот. Потом отошла в сторону, поразмыслила о чем-то.
– Ладно. Дам я тебе еще полтора месяца. Есть будешь много, ходить много, а еще с мужем спать часто. И если мне понравится то, что увижу, попробуем родить. Поняла?
– Да, – судорожно кивнула.
– Габан.
Магура вышла из комнаты, зыркнула на вожака:
– Так и быть. Попробуем разродить самку твою. Для того люби ее каждый день, лучше по два раза, семя свое в ней оставляй. И не свирепствуй. А еще, домой она хочет. Там Тайли будет спокойней. Здесь чуждое все. Варду бы окрестил это место пропащей дырой.
– Спасибо, – склонил голову перед ней.
– Ох, все бы оруки так стелились передо мной, – оттаяла, – была бы уже трижды замужем.
Тут Катина показалась. Но как увидела орчанку, замерла на месте.
– А ты кто такая? – страуха как-то ехидно усмехнулась. – Не наших ли кровей? – подошла к ней. – Полукровка, может?
– Я? – испугалась. – Ваших кровей?
– На оручек больно смахиваешь. Уши торчат, глазки близко посажены, нос знатный. Ростом удалась.
– Нет, я не полукровка, – потупила взгляд. Ну, все недостатки перечислила.
– А жаль. Наведи-ка мне питья какого, красавица.
Фаргар же обнял жену. Так они и сидели, молча. О плохом думать не хотелось совсем, но и о хорошем боялись.
За неделю Тайли набрала вес, ей стало лучше. На щеках румянец появился, внутренности перестали болеть, как раньше. И Фаргар принял решение вернуться в Аранхарм. Поскольку Луар все еще находился на излечении, мирный договор с орками заключила Катина, как родственница законного правителя. Но до того ей не хотелось расставаться с Тайли. А еще, как ни странно, с невоспитанным и грубым орком по имени Ибар. Этот дикарь так и вился около нее, на прогулки приглашал, где часто и без разрешения хватал за руки, обнимал.
Вот и сегодня двое отправились в сад. Ибар тоже был без настроения, то и дело зубами скрипел. А Катина словно ждала от него чего-то, сама не знала чего, но ждала.
Они подошли к пруду, в коем плескалась породистая рыба.
– Ката, мы завтра отбывать, – покосился на нее. – В Аранхарм.
– Я знаю, – и сглотнула ком, что подступил к горлу, сйечас бы спрятаться где, да расплакаться.
– Но я не хотеть уходить, – затем помолчал и добавил, – без тебя.
– А зачем я тебе? – встрепенулась тут же.
– Ты занять мои мысли, целиком, – взял с земли камень, прицелился и запустил в рыбину, что бесстрашно плавала у берега, отчего та уже через минуту всплыла кверху брюхом. – Вот, – достал из воды темно-красную толстую рыбыну и протянул Катине, – похлебку сваришь.
– А брат их с такой любовью выращивал, – рассмеялась вслух. – Каждый день пересчитывал. Теперь не досчитается… одной.
– Я хотеть забрать тебя, – вдруг подошел к ней, положил руки на талию и привлек девушку к себе. – Ты пойти со мной?