Следующий день снова изобиловал снедью и выпивкой, но мне уже более пить, да и есть, пожалуй, — не хотелось. Желудок взбунтовался: порядочно он у меня "усох" за годы обучения в техникуме, — отвыкла я от подобных излишеств… Почти весь день перечитывала страшноватую, но интересную повесть Александра Беляева, "Голова профессора Доуэля"… Вот фантазия у человека… Но грустно читать его…
Хорошо нам было в "казачьей семье", душе радостно. В воскресенье вечером так песни "спевали", что чуть связки не сорвала. Что пели? "Веселитеся, донцы, храбрые казаки!", "За горами, за долами", "Как в одной было хижине", "Ух ты, батюшка православный, Тихий Дон Иванович", "Глазки голубые", "Поехал казак на чужбину далёкую", "Полюшко-поле", "Славим Платова-героя" и другие разные. Многие песни тут впервые услышала. Нина Михайловна хотела было еще какую-то песню запеть, завела: "Всколыхнулся, взволновался православный Тихий Дон", но Геннадий Кузьмич тут на неё как "прицыкнул", — мигом она смолкла. Не разрешил…
Почему? Мама мне шепотом пояснила: "это песня Белого движения, нельзя…" Не понимаю: что опасного может быть в песне? Поём же мы романсы городские прошлого столетия, но их авторами являются вообще "гнилые аристократы"…
В понедельник, до света, еще звезды смотрели на землю, — распрощались нежно с гостеприимными хозяевами, подались в Ростов. Поезд быстро домчал странников… Семён Васильевич велел таксисту везти нас на проспект Нагибина, в гостиницу "Турист", потом сказал таксисту его подождать. Быстро нам номер заказал, — сказали, что мест у них много, "не сезон"… У отчима на одиннадцать было назначено заседание врачебно-консультационной комиссии.
Поэтому он тут же и умчался на это своё "заседание" или рассмотрение. Сказал, что раньше четырех не вернется, а мы пока можем посмотреть достопримечательности или в ЦУМ сходить, вдруг там дефицит дают…
Мы с мамой отдохнули немножко после тряски в поезде и пошли гулять по Ростову-"батюшке". Мама мне про город рассказывала, а я удивлялась: будто и неплохо знаю историю Ростова-на-Дону, но все на свете знать невозможно…
Оказывается, на территории города есть следы древних поселений, которым несколько тысяч лет. Чрез эти земли проходили Азовские походы Петра Великого в конце семнадцатого века. Официальной датой основания города считается 1749 год, когда императрица Елизавета Петровна основала здесь Темерницкую таможню. В 1761 местной крепостце было присвоено имя святого Дмитрия Ростовского. А в 1779 году крымские армяне к востоку от Ростовской крепости основали свое поселение Нор-Нахичеван, в 1797 году этот Нор-Нахичеван и крепость Ростовская с её гарнизоном вошли в состав Ростовского уезда Новороссийской губернии. Вот эта часть истории Ростова была мне неизвестна: что же получается, что Ростов основали не столько русские, сколько армяне? Интересно, однако… А дальнейшую историю города и сама хорошо знаю: что в Гражданскую войну он был одним из центров Белого движения, что здесь есть завод "Ростсельмаш", что отсюда родом Вера Марецкая, что Ростов входит в десятку городов России, наиболее пострадавших в ходе Великой Отечественной…
Забежали в ЦУМ: мне достались черные высокие сапожки, со средним каблучком, с тонким мехом внутри сапожек, подходящие для носки как в не слишком студеную зиму, так и весной; мама приобрела ботинки на меху…
Оказалось: уже много времени, поехали назад в нашу гостиницу. Дядя Семён уже нас ждал, довольный донельзя: всё у него "выгорело", оставалось только ждать документов по инвалидности, его бумаги куда-то должны были на проверку отправить, но он, похоже, той проверки нисколечко не боялся…
Сказал, что купил билеты в драматический театр им. М.Горького, на семь вечера. Поэтому сейчас мы немедля спускаемся вниз перекусить, а потом еще в театральном буфете что-нибудь "перехватим"… Здесь же в гостинице, внизу имелся банкетный зал, — нечто среднее между хорошим кафе и рестораном. Съели по котлете по-мински, — почти то же самое, что котлеты по-киевски, только внутри котлеток еще грибочки добавлены, — и зразов картофельных заказали, официантка порекомендовала. Выпили кофе по-венски, — со сливками и с сахаром, — вкусно!