Глава 17
Не было никакого Лексуса, хотя Матвей, как последний придурок, лично проторчал у дома Оксаны аж до самой ночи, разглядывая подъезжающие автомобили. Мог бы поручить кого-нибудь из ребят, но не стал. Чувствовал, что не выдержит, что все равно примчится. Просто не сможет остаться от этого в стороне. Он так сильно ревновал Оксану, что, будь его воля, вообще не позволил бы ей встречаться со своим бывшим.
Бывает же… Тридцать три года прожил, а себя, как оказалось, не знал. Вообще не думал, что на такое способен. Хотя в свои самые безрадостные, самые тяжелые напряженные ночи и мечтал найти ту единственную, свою… Мечтал о том, чтобы вот так… на разрыв, чтобы все внутри переворачивалось, теснилось, без возражений впуская свою женщину. Со всеми её страхами, комплексами и секретами, которые бы ему так хотелось в ней разгадать. Просто он так долго ходил по краю, что разучился мыслить категориями полумер. Любить — так любить. Как в песне. Вот, как он для себя это видел. И… ведь случилось же! Когда и веры почти не осталось. Влетел! По классике — в самый неподходящий момент и в самую неподходящую женщину. А теперь что? Как быть? Черт его знает. Она уже в нем. И отказаться от неё Матвей был не в силах. И что делать теперь, не знал. Не будь в ее тайнах замешаны судьбы детей, он бы вообще послал всех и вся к такой-то матери и отбросил бы прочь все сомнения. Но ведь дети… Дети! И ничего не понятно. Есть её вина? Нет? И как он будет жить, если все же окажется, что Оксана замешана?
Матвей наблюдал за ее окнами. Свет выключался то в кухне, то в спальне… И ему хотелось, наплевав на все, пойти на этот свет. Ему ужасно её не хватало. Они виделись меньше суток назад, а у него внутри уже зудело, и хотелось снова её обнять, вдохнуть полной грудью знакомый аромат и заняться с нею любовью, вытесняя из памяти своей женщины всех других. Заштриховывая прошлое, в котором по ошибке не было его.
Матвей уехал, когда понял, что встреча Оксаны с бывшим сорвалась. Он не приехал. Мат не видел ни его машины, ни самого мужчины, чья фотография хранилась у него в телефоне.
С Оксаной связался уже ближе к обеду. Первый вызов она сбросила и ответила лишь минут через десять, когда он додумался перезвонить на перемене. Для этого Веселому пришлось зайти на сайт школы и поинтересоваться расписанием звонков.
— Привет…
— Привет…
Голос Оксаны Матвею показался неестественно хриплым и надтреснутым. Он звучал… безжизненно. Вот, пожалуй, самое точное определение.
— Как ты?
— Не очень хорошо, если честно.
— Что-то случилось?
— Да, Матвей… Случилось. Я причинила боль человеку, который меня любил.
Мат стиснул челюсти. Он ничего не понимал. Выходит, они все же поговорили?
— Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти.
— Неужели? — сухо спросила она.
— Да. Меньше всего я хотел, чтобы ты переживала.
— Извини… Я сегодня плохой собеседник, — вздохнула Оксана. — Так ты просто звонишь или что-то хотел?
Вообще-то он хотел уточнить, что происходит! Объяснилась ли Оксана со своим бывшим? Дошло ли до того, что теперь она принадлежит другому? Но что-то в голосе женщины подсказывало — сейчас не лучший момент для этого. Да и вообще, это не телефонный разговор.
— Очень хотел… Сказать, что безумно по тебе скучаю.
В трубке повисла тишина.
— Извини, я правда сегодня не в форме. Думаю, мне нужно пару дней, чтобы прийти в себя и…
— А как же годовщина твоих родителей, на которую мы приглашены? — напомнил Матвей.
— Вот же черт! — застонала Оксана. — Только семейных посиделок мне и не хватало для полного счастья… Дерьмо.
— Не знал, что у вас такой богатый лексикон, Оксана Владиславовна, — попытался сгладить ситуацию шуткой Веселый.
— Да уж… Богатый, — не то чтобы радостно хмыкнула та.
— Так, что? Мы все же поедем? Когда за тобой заезжать?
В трубке прозвенел звонок. Оксана замолчала, не желая его перекрикивать.
— Я без колес… — нерешительно пробормотала она, — если хочешь, можешь заехать за мной на работу.
На том и решили. До окончания рабочего дня Матвей успел переделать давно откладываемые на потом дела и даже поговорил с Кисой. Ему категорически не понравилось, что они упустили Оксаниного бывшего. По-хорошему выходило, что это вообще не тот человек, на которого они изначально подумали. Матвей не мог упустить парня с фото, даже если бы тот приехал на какой-то другой машине. Он очень внимательно следил за всеми заходящими в подъезд мужиками. Ну, ведь не стал бы тот маскироваться? А потому, очевидно, что это кто-то другой.