Эд
В моей жизни было много разных пробуждений. Иногда я ставил будильник на три утра, чтобы позаниматься, иногда на полчетвертого. Временами я хотел выспаться, и тогда я заводил часы аж на пять. В целом моя жизнь вполне отличалась разнообразием, но чтобы так — впервые. К моей груди прижималась полностью обнаженная девушка, а на смазанном циферблате маячил час дня. Протер глаза, не зная чему удивляться. Час дня… Я в своей постели… с девушкой. Моей девушкой, а она без одежды. И если будильнику я еще поверил, то убедиться во втором открытии мне помогла моя собственная ладонь, которая погладила соседку по кровати начиная с плеча, повторяя изгиб талии и останавливаясь на бедре.
На всякий случай нашарил очки на прикроватной тумбе. Бет. Сглотнул. Ну да… Надо было ей хотя бы что-то из своего дать. Представил ее в длинной застиранной футболке. Нет, это бы тоже не спасло меня от стояка и безумного желания продолжить традицию моих развратных воскресений.
— Выспался? — ласково спросила Ложечка, сонно потирая лицо.
Это жест я тоже официально признаю сексуальным. И как она зевает тоже.
— Соображаю пока. Мне же это не снится? Ты без трусов со мной лежишь?
— Угу. Ты уснул, а мне не хотелось тебя будить, но не в грязном же было ложиться?
— Логично. А не боишься, что у меня самоконтроля не окажется при таком раскладе?
— Не боюсь, на то и расчет был, Эд.
— А… А ты коварная.
Вот же! Меня сейчас соблазняют. Водят куском мяса перед питбулем. Но этого моему дрессировщику показалось мало. Он положил мне его на нос и ушел, и теперь сохранность маленькой Ложечки целиком и полностью на моей совести. А совесть очень медленно просыпается, чтоб ее. Уж лучше бы спала, а то я уже сместил ладонь на ягодицы Бет Бэйли, раздумывая над самой важной дилеммой мироздания: сдавить или погладить. Совесть на пару со скромностью как-то неуверенно грозят пальчиком в подсознании.
Но даже моей мучительнице показалось мало, она уже вовсю гладила меня по животу, невзначай задевая резинку от трусов. Я даже подвинулся, чтобы Ложечке было удобнее. Совесть все еще молчала, следила за мной. А я что? Я ничего. Просто лежу. Наблюдаю.
Толчок в грудь. И вот я уже на лопатках, а Бет забралась на меня сверху и легла на грудь. Стесняется приподняться. Забавная. Ждет от меня ответных действий. А я козел. Нарочно убрал руки за голову и стараюсь не улыбаться. Не будет у нас секса сегодня.
Притихла. Поняла, что я ничего делать не собираюсь, а затем эта офигевшая перешла к более решительным мерам.
— Бет, что по-твоему ты сейчас делаешь? — ох как меня голос выдает. Жалкий такой, несчастный.
— Ничего такого.
— Ничего? Ты меня за член держишь, не заметила? Или ты промахнулась так?
Крепко держит. А еще у нее рука слегка дрожит и пропускает через меня такие зверские вибрации, что я сейчас себе губу в кровь прокушу.
— А тебе не нравится?
Нравится. Очень нравится. Сейчас сдохну, как нравится.
Вместо ответа, издал какой-то скрипучий стон и попытался убрать ее руку. Только хуже сделал. Потому что только помог ей пару резких движений добавить к издевательству над своим телом. Ей понравилась моя реакция, и она повторила, потом еще и еще. Уже не мешал, просто наслаждался ее неумелыми попытками, которые заводили сильнее, чем если бы она все правильно делала.
— Знаешь? — она приподнялась и заглянула мне в глаза. — Я бы могла по-другому… Без рук.
— Как по-другому? — не то что бы я не знал другие варианты, но реально стало интересно, что она имеет в виду.
— Ртом…
Пока переваривал это признание и перспективу, Бет, не дожидаясь моей реакции, нырнула под одеяло.
Святой Дастин, спаси от греха. Где ты, когда ты так нужен?
Пришлось справляться собственными силами. Схватил ее за плечи и уложил на подушку рядом с собой.
Тело мне потом спасибо не скажет. Уже ноет и намекает, что еще не поздно вернуть Бет обратно и почувствовать ее мягкие губы и язычок там.
— Куда ты так торопишься, Бэйли?
— Ну хорошо, давай сначала поцелуемся
Как же тупо я пытаюсь дистанцироваться от нее, называя по фамилии. Но только это напоминает мне о ее отце, которому мы оба врем. А хорошие отношения не построить на лжи. Даже если перед друг другом мы честны, вокруг нас все равно полно недомолвок.
— Я не про это! Зачем так спешить?
— А что не так. Ты мой парень, я твоя девушка.
Она в принципе права, Эд. Что ты скажешь на это? Твой ход!
— Твой. Но, Бет…
— Ты меня не хочешь? — расстроено спросила Ложечка.
Интересно, что ее на эту мысль натолкнуло: мой пульсирующий в ее ладони член или перекошенная маньячная рожа.