Выразительность глаз подчеркивают темные ресницы. Потрясает их длина, и никакой туши с подкручивающей щеточкой. Брови тоже темные, что называется «вразлет». Нос прямой, тонко очерченный. Чувственный рот, по бокам чуть заметные морщинки, явно он любитель посмеяться над хорошей шуткой. Люблю людей с чувством юмора, ну и эльфов заодно. Я улыбнулась. Экзотики, конечно, добавляли острые уши, довольно длинные, но выглядящие очень изящно. И так мило шевелятся!
Интересно, а можно привыкнуть к присутствию рядом такого красавца? Или все время надо контролировать себя, чтобы не пялится, не начинать глупо улыбаться и пропускать обращенные ко мне вопросы.
Я перевела взгляд чуть ниже, чтобы рассмотреть одежду, измерить на глаз ширину плеч и объем бицепсов. Тут Руне оттаял и ехидно осведомился.
— Все рассмотрела?
— Я… аа…эээ… — осмысленная фраза у меня не получилась и, кажется, я покраснела.
— А я и не рассматривала, так размышляла о разном. Совсем как ты сейчас.
Руне понимающе улыбнулся.
— А я все давно решил, просто сидел тихо, не хотел тебе мешать.
А эльф оказывается язва, еще похуже Алекса.
— Очень надо — тебя разглядывать. Меня может твои уши удивляют, у людей такие не растут.
Эльф рассмеялся и специально пошевелил сразу двумя ушами, звякнули сережки.
— Ладно, если будешь себя хорошо вести, дам за них подержаться. — и Руне мне подмигнул.
— Это у вас такое поверье? Подержи эльфа за ухо и будет тебе счастье? — не зря меня все время подкалывает Алекс, вот теперь могу и эльфу ответить в его стиле.
— Что-то типа того. Но мы уклонились от темы. Пока ты, кхм, «размышляла о разном», я пытался придумать план.
— Ну и как успехи? — я тоже слегка добавила в интонации ехидства.
Эльф на секунду скорчил непонятную гримасу, видимо должную означать недовольство собой, а может и моим вопросом, и пожал плечами. В ход пошла очередная пуговица на жилете.
— У меня мало информации. Я могу только предполагать некоторые вещи. Скажи, ты хорошо знаешь своего соседа?
Теперь пришел мой черед задумываться. Я стала припоминать все случаи, когда мы с Павлом общались. Таких случаев за пять лет было — «кот наплакал». Определенно, я никогда особо не интересовала соседа, и он не искал общения со мной. Сама я ни разу даже не заглядывала в его квартиру. И до недавнего времени даже не знала его фамилии. Пришлось признать, что для меня Павел — темная лошадка.
— Вообще его не знаю. Раньше иногда сталкивалась с ним в доме, несколько раз он заходил с какими-то вопросами. Здороваемся и все. Он всегда был приторно вежлив. — я виновато смотрела на эльфа, жалея, что не могу рассказать ему много.
— Плохо. Не понятно, как и где он учился мастерству. — эльф был разочарован.
— Подожди, ты полностью уверен, что Павел — это колдун из моих снов? Ты считаешь, что Алекс прав в своих предположениях?
Руне откинулся на спинку кресла и твердо посмотрел мне в глаза.
— А у нас все равно больше нет теорий, и если честно, то нет и времени на разработку других версий. Если Павел — не нужный нам человек, то мне уже не помочь.
Для практически покойника, эльф держался очень неплохо, чего нельзя было сказать обо мне. Я опять чуть не расплакалась. Как стремительно меняется мое настроение, то я смеюсь, а то готова заплакать.
— А твои родные и друзья в твоем мире?! — я почти закричала.
Эльф отвел глаза и с некоторой запинкой начал говорить.
— К сожалению, мои близкие родственники сейчас далеко от замка, они обязательно должны присутствовать на Зимнепразднике. Эльфы традиционно отмечают этот праздник в конце зимы. За ними должны были послать, но обратно им добираться не меньше недели. Так что если они успеют, то смогут только продлить жизнь тела еще на две — три недели. Это конечно уже неплохо, но боюсь, что и эти две недели ничего не решат. — мрачно закончил Руне.
Я пыталась придумать, кого еще можно напрячь для помощи, но в голову не приходило ничего стоящего.
— А маги? У вас же есть сильные маги? Неужели они не могут ничего сделать??
Эльф как-то странно напрягся, пальцы сжали подушку, которую он до этого рассеянно поглаживал одной рукой, и нехотя ответил.
— Пара тех, кому доверяю я, — далеко. Еще один — мой друг, в другом мире, до него не достучаться. А обращаться к другим опасно, я же не знаю кто меня отравил.