Я должна сказать правду. Должна. Но имею ли я право разрушать их отношения?
От внутренних противоречий кружит голову, и этим нагло пользуется Лев, то и дело притягивая меня к себе. Словно невербально говоря, что мне не стоит это делать. Останавливает от опрометчивого шага.
Хотя, возможно, ему просто приносит удовольствие наблюдать за тем, как меня разрывают муки совести? С блондина станется оказаться моральным садистом.
Впрочем, градус напряжение довольно быстро сходит на нет, мама Димы отлично поддерживает мирный диалог, маневренно уходя от неприятных тем. В какой-то момент я и вовсе забываю о том, что лишняя здесь.
Даже Косицын-старший добреет, будто его удовлетворяет наша со Звягинцевым байка о внеземных отношениях, которых на самом деле нет.
– Извините, мне нужно отойти, – почувствовав, что пришла пора сходить в уборную, решаю отлучиться, оставляя чету Косицыных на подвешенного на язык Льва.
– Не задерживайся, без тебя так одиноко, – льстит Звягинцев, задорно подмигивая и бросая выразительный взгляд на пустующие места Димы и Дианы.
Они отошли чуть раньше, не сказав и слова. И мне абсолютно неважно для каких целей, на что бы там не намекал назойливый блондин.
"Неважно, я сказала!" – мысленно осаждаю себя, ровно походкой двигаясь к выходу из столовой.
Я не знаю, где на первом этаже у них располагается санузел и собираюсь подняться в свою комнату. Но застываю у лестницы, став невольной свидетельницей в прихожей.
Это определенно не предназначено для моих глаз. Ни для чьих либо вообще. Но мой взгляд приковывает то, как властно Дима сжимает тонкий стан Матвеевой, нежно целуя ее в губы. Его руки скользят под край юбки Ди, выше и выше. И по мере этого действия мое дыхание невольно учащается.
Я не понимаю, почему все еще стою и смотрю. Смотрю на то, как Ди отталкивает Диму, что-то яростно говоря ему в лицо. Они не замечают меня, ими управляют эмоции.
Такие, о которых мне остаётся лишь только мечтать…
– Столько страсти, и все в холостую. Даже грустно, не правда ли? – вдруг присоединяется ко моему наблюдению светловолосый змей, говоря тихо, видимо, чтобы нас не заметили на подглядывании.
– Ты вуайерист? – смутившись, поворачиваюсь в сторону довольного собой Звягинцева.
– Ты тоже, получается? – он замечает мое сбившееся дыхание. Пару мгновений мы так и боремся взглядами, не зная, к какому исходу это может привести.
Хлопает дверь, и этот звук приводит меня в себя. Я снова смотрю в до дикости напряжённую спину Димы, который, видимо, повздорил со своей красавицей девушкой, чувствуя неясное удовлетворение.
Это так неправильно. Все, что происходит. Но я чувствую досаду?
– Я пожалуй тоже пойду, – говорит тихо Звягинцев. – Тебя же не нужно подвозить? В любом случае, если понадобится разрядка, ты знаешь мой номер. Я в соседнем доме, звони. А если переживаешь, что я обижусь, что ты представляешь другого на моем месте, то не переживай. Я тоже буду думать о другой.
– Придурок, – уверена, в это мгновение я не просто покраснела. Я вся словно превращаюсь в факел.
– Я серьезно, выпусти пар, слишком сладко смотришься.
– Без тебя разберусь, что мне делать, – шиплю ему в лицо и торопливо поднимаюсь по лестнице, пока Дима не узнал, что за ними подглядывали.
Мне определенно больше не стоит спускаться. Слишком это…ненормально!
Я не знаю истинную причину раздора Димы и Ди, но определенно не по причине гнусного поступка Матвеевой.
Иначе бы Дима не смотрел так долго ей вслед.
Вернувшись в комнату, решаю больше не покидать ее. Смысл? Без Звягинцева мое присутствие станет только ещё более неуместным. Уверена, сейчас родителей Димы больше взволнует причина скоропостижного ухода Матвеевой, чем мое долгое отсутствие.
Поэтому переодеваюсь в домашнюю одежду, мчусь в душ, чтобы успокоиться свое разгоряченное увиденным телом, выключаю свет и быстро ложусь в кровать.
– На новом месте, приснись жених… Ерунда какая, – уткнувшись носом в подушку, вдыхаю аромат свежести. Слова на автомате срываюсь с уст, привычка, привитая ещё с детства, но я быстро замолкаю. Хватит с меня снов!
Я тут же закрываю глаза и поворачиваюсь на бок. Потом на другой. И снова по-новой. Глаза не смыкаются. Я действительно возбудилась, когда наблюдала за поцелуем Димы и Ди. Это было омерзительно, знать, что этими губами она целовала других. И возмутительно прекрасно видеть, как властно сжимает ее в своих объятиях Дима.
Как она в здравом уме могла променять его на каких-то там дядек с универа? Настолько нужна хорошая успеваемость? Неужели, умные подружки закончились?..