— Что такое, Кать? Что опять с настроением?— Ничего. Всё нормально.По её ввиду не скажешь. Такое впечатление, что в ней борется две Кати: одна хочет что-то спросить, а другая говорит что не нужно. Я решил помочь ей, чтобы не мучался ребёнок.— Кать, если ты хочешь что-то спросить, то спрашивай. Быть точно не буду.Улыбнулась, подумала минуту, а потом выдала:— Глеб, а ты не мог бы сегодня остаться ночевать у меня. Я просто, ужасно боюсь темноты и оставаться ночью одна дома. Я не заставляю, если ты занят или у тебя какие-то планы, то я пойму.Бог ты мой, детка, какие там планы. Я ждал этих слов почти полтора года. Конечно же я согласился. Потом потянул её кататься. Мы сели на мотоцикл, она прижалась ко мне, а мне казалось, что так и должно быть. Она должна быть рядом со мной. Мы катались где-то 3 часа. А я не хотел останавливаться, ведь было так в кайф, когда на поворотах она ещё крепче прижималась ко мне и зажмуривала глаза. Это было так мило. Но все же, я решил сделать остановку в парке. И теперь мы сидели на берегу речки и просто молчали, думали, каждый о своём.— Кать, а если я скажу тебе, что уже почти полтора года люблю тебя, ты поверишь?— Не знаю. Если бы ты это мне сказал днем в ресторане, не поверила бы, а сейчас, даже не знаю.Я улыбнулся. Это не определённое нет, а значит шанс есть. Я упал на траву и потянул Катю за собой. Она упала на меня и начала смеяться, а я вместе с ней. Потом она начала рвать траву и бросать на меня, а я – на неё. Вот так мы дурачились, пока я не заметил, что Катя поежилась от ветра. Я снял свою куртку и надел на неё.— Глеб, не нужно. Мне не холодно.— Одень. Иначе потом твоя мама на пару с моим отцом убьют меня.На самом деле мне было просто приятно, что она в моей курточке. Но если бы я ей это сказал, она бы её не надела. Мы надели шлемы, сели на мотоцикл и поехали к ней домой.
Катя.
— Одень. Иначе потом твоя мама на пару с моим отцом убьют меня.Я уже было подумала, что возможно реально ему нравлюсь, а он переживает лишь бы его мама моя не убила, что её дочка заболела из-за него. Козёл. Ненавижу его. Но я промолчала, ведь уже знала, как он может делать больно. Мы приехали ко мне домой, зашли в квартиру. Я глянула на время и офигела – 3 часа ночи.— Глеб, я постелю тебе в гостиной, на диване или может тебе гостевую комнату открыть?— Не заморачивайся. Я лягу на диване.— Хорошо. Я сейчас принесу тебе постель.Я вышла, чтобы не видеть его лица. Я смотрела на него и понимала, что не зря я тогда хотела согласиться на его предложение, он красивый, да и чувства к нему имелись. Но не хотела обидеть его друга, а вышло что спасла себя от позора на всю школу. Непроизвольно из глаз потекли слезы. Я никогда не плакала так, чтобы орать, или что-то быть, ломать. Я всегда просто молча сидела, а слезы сами текли из глаз. Так как и сейчас. Я молча вытерла их, взяла постель и вышла в гостиную.
— Держи, Глеб. Ты сам постелишь, а то я устала?— Конечно, постелю, иди отдыхай.— Хорошо. До завтра. — До завтра. Я зашла в комнату, прикрыла за собой двери и просто съехали по стеночке вниз. Слезы просто душили меня, это был первый раз, когда мне хотелось кричать, ломать, крушить все на своём пути. Я еле доползла до кровати, упала на неё и начала кричать в подушку. Я просто кричала и плакала, одновременно. Мне было так больно. Так я и заснула. А проснулась от того, что кто-то лежал рядом и гладил меня по голове. Я сначала испугалась, но потом поняла что это Глеб. Так, стоп, в смысле Глеб? — Ты что здесь делаешь? — Ты во сне начала кричать, звать меня, я испугался, думал что-то случилось, а ты лежишь, дрожишь и плачешь. Вот я и лёг рядом, только чтобы успокоить. Ничего другого у меня и в мыслях не было.
От его слов как будто по сердцу резанули ножом. Вот именно, он проявляет ко мне чисто братский интерес. Как девушка я ему не интересна. Из глаз опять потекли слезы, я закрыла их и сделала вид что сплю. Видимо, Глеб реально поверил в то, что я заснула.— Малышка моя, как же я тебя люблю. Ты себе даже не представляешь. Только не плач, солнышко. Спи себе спокойно.Он лежал рядом, так близко, говорил такие нежные глаза. Пусть и думал что я сплю, но все равно. Может, я все-таки его интересую, как девушка? Я решила спросить.— Глеб?— Ты что, не спишь?— Только что проснулась. Я хочу спросить?— Спрашивай.— Я тебе нравлюсь, как девушка?Он подумал минуту, а потом вместо ответа, просто взял и поцеловал меня. Мы целовались пока у меня не закончился воздух. Глеб это почувствовал и отпустил меня.— Так да или нет?— Ну, как ты думаешь, я буду целовать девушку, которая мне не нравиться?— Нет, наверно, если только...И я замолчала. Я не хотела портить такой момент, но все же сделала это.