— Ты где будешь? — спрашивает Викуся, переминаясь с ноги на ногу и нервно поглядывая на толпу у входа.
— Не знаю, — пожимаю я плечами, — Макс сказал, где-то в випках…
— О, а можно с вами? — оживляется Викуся, — а то у меня внизу, у бара…
— Не знаю… — я и в самом деле не знаю, — Макс не один же будет, с друзьями…
— Тем более!
Голубая мечта Викуси: познакомиться поближе с друзьями-мажорами Макса. Смешно наблюдать, как она раз за разом пытается влезть в высшее общество универа. Пока что все попытки были неудачными.
Честно говоря, я думаю, что она и со мной-то общается только потому, что хочет поближе к Красовскому и его приятелям.
Мои близкие отношения с Максом еще на первом же курсе вынесли меня в высшую лигу.
И мне только и оставалось: поддерживать уже сложившееся мнение.
Ни у кого за все годы обучения в универе, не возникло вопросов по моим родителям, по тому, какого фига я не на машине своей приезжаю, почему не зову домой к себе, почему никто не в курсе вообще, где я живу.
Мощная харизма Красовского, к тому времени уже успевшего славно пошуметь здесь, все заслонила.
Если бы не он, мне пришлось бы тяжко.
Никто бы не поверил в подлинность шмоток от тети Норы, свою состоятельность я бы доказывала делом. Например, бесконечными посиделками с подружками в модных барах, походами на шопинг, пакетами из Цума и прочим барахлом, на которое у меня нет ни возможностей, ни времени.
Макс бы одалживал, без проблем, но я денег у него никогда не брала. И не собираюсь. Случай с мамой — единственный.
Но тут я бы и у черта бабки взяла. Если б это помогло. И сделала бы все, что угодно. Реально все. Потому что есть вещи, когда гордость и принципы уходят на второй план.
— Я спрошу у него, — меня достало отказывать Викусе в очередной раз, но и согласиться не могу. Макс в прошлый раз ржал и рассказывал, как Викуся пыталась склеить его приятеля. И как они всей толпой над ней постебались. Она так и не поняла ничего. Думала, все отлично идет, все на юморе и так далее. А реальность-то другая совсем. И друзья у Макса — те еще скоты, на самом деле. Верней, не скоты. Парни обычные, золотая молодежь, без руля и ветрил, как говорит моя пра.
В любом случае, всерьез никто из них Викусю не воспринял, они сходу вот таких любительниц красивой жизни вычисляют и ржут над ними. По-всякому.
У Викуси родители не бедные, она много чего может себе позволить из того, что я не могу, но до уровня Красовского и ко ей, как до луны.
— Ладно, — скисает Викуся, — увидимся тогда, да?
— Конечно! — лучезарно улыбаюсь я и иду к вип-входу.
На глазах завидующей толпы без очереди прохожу внутрь, там меня легко досматривают, без фанатизма, вип-билет дает свои привилегии.
Но все равно видно, что охрана заведения на уровне.
И это хорошо.
По всяким рыгаловкам я и не хожу, само собой, но бывало разное.
Я яркая очень, цепляются бесконечно.
И хорошая охрана — это огромный плюс.
Хотя, сейчас можно не волноваться, Макс уже тут.
Он встречает меня у гардероба, в компании со своим приятелем, Андрюхой Сиверским. Андрюха ко мне неровно дышит, несмотря на мой, вполне официальный статус подружки Макса. Вот и сейчас присвистывает, оглядывая меня с ног до головы плотоядно, пытается дольше, чем нужно, задержать лапу на моей талии при приветственном поцелуе, но я уворачиваюсь и прячусь под рукой Макса.
— Ты чего так долго? — он смеется, мягко целует меня в висок, помогает снять куртку, замирает, осматривая, — пожар, детка! Ты — самая красивая в этом гребанном курятнике.
— Что, все так хреново тут? — улыбаюсь я, поправляя прическу у зеркала и ловя на себе выразительный взгляд Андрюхи. Морщусь чуть заметно, с досадой. Неймется ему.
Конечно, я — конфетка, но надо же совесть иметь. Или для некоторых дружба ничего не значит?
— А, — машет рукой Макс, — как обычно. Тухло. Все те же рожи. Ждем только ребят из “Тотема”. Должны зажечь.
— Кстати, там Викуся рвется к нам в випку, — я решаю сразу все вопросы утрясти. Викуся же настырная, как клещ, найдет меня сегодня еще и опять пристанет.
— Это какая? — уточняет Макс, который всех пляшущих вокруг него девок не запоминает вообще.
— Блондинка, с грудью и губами.
Макс переглядывается с Андрюхой, и они принимаются громко ржать.
— Вообще не помогла сейчас, малыш.
— Ой, все! — закатываю я глаза, — пошли уже. Потом покажу.
— Ладно, валим.
Макс пристраивает лапу у меня на талии, жамкает показательно, старательно отыгрывая роль на людях.
Я с готовностью пищу и шлепаю его по пальцам. Улыбаюсь, подтанцовываю, когда топаем к випам, и, честно говоря, начинаю получать удовольствие от происходящего.