— Грейнджер, не спи, — Драко дернул Гермиону за руку, заставляя обратить на себя внимание. — Поверь мне, это не самое страшное, что ты можешь здесь увидеть.
Она, коротко кивнув вместо ответа, покрепче сжала руку Малфоя, ощущая, что с ним чувствует себя намного спокойнее.
Удивительно, но появление Драко в ее жизни действительно медленно, но верно ломало стены, так тщательно выстраиваемые подсознанием Гермионы. Малфой разносил их по кирпичику, постепенно вытаскивая на поверхность черты ее характера, о которых сама Грейнджер уже давно забыла. Он словно разбудил ее от долгого сна, и Гермиона жадно изучала вновь открывавшиеся перед ней горизонты.
«Никто из них не хотел меня спасти».
Эта фраза, случайно подслушанная под дверью переговорной, словно выбила воздух из груди Гермионы. Она словно ставила некую точку в споре, который Грейнджер так ожесточённо вела сама с собой все это время. С момента их поцелуя в отеле она ни о чем больше не могла думать, кроме как о той ночи. Это было похоже на наваждение. В последние несколько дней после возвращения, Драко занимал все ее мысли, и Гермиона сходила с ума, понимая, что ее словно магнитом притягивает к нему. До зубного скрежета хотелось вновь поймать его губы своими и окунуться в давно забытое ощущение спокойствия, которое дарили его объятия.
Она толком не могла объяснить даже самой себе, почему это происходит, но желание стать ближе к Малфою заставляло сердце Гермионы стучать в два раза быстрее. Она, словно мотылёк, тянулась к его свету, скрытому от посторонних глаз. Он открывался только для неё. Лишь Грейнджер могла видеть, что на самом деле из себя представлял Драко Малфой. Итогом этого мозгового штурма стал всего один вопрос, который Гермиона задавала сама себе практически ежечасно: готова ли она к большему?
Грейнджер довольно скептически относилась ко всему, что касалось связи душ, но после того, как их отношения с Малфоем стали развиваться с такой невероятной скоростью, она практически отговаривала себя от того, чтобы, как в школе, не рвануть в библиотеку и не начать искать более подробную информацию об этом. Так каким же все-таки был ответ на вопрос?
— Где я могу найти Алису Голд? — Малфой вытащил из кармана куртки значок аврора и продемонстрировал его стоящей за барной стойкой хрупкой блондинке в форменной чёрной футболке с названием заведения.
— Это я, — Алиса аккуратно поставила на стойку высокий бокал с ярко-зелёной жидкостью и подвинула его сидящей за баром девушке в джинсовой куртке. — Зачем я понадобилась Аврорату?
— Я аврор Малфой, а это аврор Грейнджер. Мы хотели бы поговорить с вами о вашей подруге Элизабет Скин, — кивнул головой Драко, убирая значок обратно в карман. — Вы можете уделить нам пятнадцать минут?
— Мне кажется, я уже все рассказала, когда меня допрашивали ваши люди, — осторожно протянула Алиса. — Не думаю, что вы узнаете от меня что-то новое.
— Мистер Лофри рассказывал, что Элизабет жаловалась на странные телефонные звонки, — вмешалась в разговор Гермиона. — Вы что-то знаете об этом?
Голд неожиданно тяжело вздохнула и спрятала лицо в ладонях. Гермиона обменялась с Драко быстрыми взглядами и села на высокий стул за стойкой.
— Я так понимаю, что у вас все-таки есть, что сказать нам, — сказала она, как только Алиса убрала руки от лица. — Что вам рассказывала Элизабет?
— Это началось после одного из приёмов, куда ее затащил Стэнли, — неожиданно злобно выплюнула Голд. — Этот придурок не понимал, что его папаша таскал их на сборища богатеньких рестораторов только ради того, чтобы лишний раз ткнуть Элизабет носом в ее социальный статус. А Лофри и рад был стараться. Он каждый раз с радостью нёсся туда по первому зову папочки, в надежде, что тот вновь подпустит его к кормушке.
— Значит, отец Стэнли был категорически против такой невесты для своего сына? — спросил Малфой, вытаскивая из-за пазухи свой многострадальный блокнот. — Элизабет знала об отношении к себе Лофри-старшего?
— Естественно, — фыркнула Алиса, закатывая глаза. — Жаль только, она так и не поняла, что Стэнли такое же дерьмо, как и его отец.
— Так что же произошло на приеме? — спросила Гермиона, старательно уводя Алису от темы Лофри, явно раздражающего её сильнее обычного.
— На одном из таких мероприятий к Элизабет пытался подкатывать один из гостей, — с готовностью ответила Голд. — Она рассказывала, что парень был весьма настойчив. То и дело пытался дотронуться до ее волос, приглашал на свидание и буквально заваливал комплиментами. Лиззи, естественно, мягко отшила его и сказала, что пришла сюда со своим парнем, но тот все никак не отставал, а этот ее придурок, как назло, ходил со своим папашей в курительную комнату и ничего не видел. Короче, ей пришлось пригрозить тому настойчивому кавалеру охраной, чтобы он наконец отвалил. Нет, ну и как ее вообще угораздило связаться с таким мудаком, как Стэнли?
— Значит, после этого и начались эти подозрительные звонки? — спросил Малфой после того, как сделал несколько записей в блокноте. — Элизабет говорила что-то ещё?
— Да, — кивнула головой Алиса. — Тот парень будто взбесился. Караулил ее после работы, присылал букеты и без конца звонил на мобильный. Я умоляла Лиззи пойти к аврорам или хотя бы рассказать все Стэнли. Но она очень боялась, что Лофри ей не поверит, поэтому молчала. Этот придурок просто помешан на беспочвенной ревности.
Гермиона молча наблюдала, как Голд во время своего эмоционального рассказа украдкой вытерла слезы, собравшиеся в уголках глаз, и тут же ощутила острый укол жалости к ней. Алиса явно винила себя в том, что так и не смогла помочь подруге. Скорее всего, она ежедневно корит себя за то, что не настояла на походе в Аврорат или хотя бы на откровенном разговоре с Лофри. Винит себя за то, что не уберегла.
Что было бы с самой Гермионой, если бы не Гарри? Скорее всего, она разделила бы участь несчастной Элизабет, если бы ее лучший друг не бросился на помощь по первому ее зову.
— Но потом все прекратилось, — глубоко вздохнув, продолжила Алиса. — Звонки, цветы, внезапные встречи. Элизабет так радовалась. Говорила, что наконец-то смогла от него отвязаться. А потом, спустя несколько недель, ко мне заявились авроры и сообщили, что она убита.
Гермиона вдруг ощутила сильную тошноту. Она приложила правую ладонь к груди и прикрыла глаза, в надежде справиться с неприятным чувством.
— Ты в порядке? — спросил Малфой, наклоняясь к ней чуть ближе. — Грейнджер, что с тобой?
— Все хорошо, — тяжело дыша, пробормотала она в ответ и повернулась к Алисе. — Не подскажете, где тут уборная? Мне нужно немного освежиться.
— Прямо по коридору, а затем направо, — с готовностью ответила та, указывая рукой в сторону выхода из бара. — Может быть, хотите воды?
— Нет, спасибо, — замотала головой Гермиона. — Я скоро вернусь.
— Тебя проводить? — с беспокойством в голосе спросил Драко, не сводя с неё внимательного взгляда. — Ты как-то побледнела.
— Останься и продолжи беседу, — ответила Грейнджер и слезла со стула. — Я буквально на минутку.
Она осторожно пробиралась сквозь толпу танцующих людей и отчаянно пыталась сдержать подступившую к горлу тошноту. Черт, нужно было все-таки послушаться Гарри и взять ещё пару выходных. Перемещения с помощью порт-ключа и так всегда ее выматывали, а теперь к этому присоединился тяжелый рассказ Алисы. Грейнджер на мгновение увидела себя в этой несчастной погибшей девушке. Странно, но она словно ощущала перед Элизабет некоторую долю вины за то, что ее, Гермиону, успели спасти.
Что было бы, если бы Скин все-таки послушалась подругу и пошла в Аврорат? Или откровенно поговорила со Стэнли? Что-то внутри Грейнджер тихонько нашептывало ей, что этот таинственный преследователь, если и не является тем, кого они ищут, то абсолютно точно имеет какое-то отношение к убийству Элизабет.
Гермиона свернула направо и, почувствовав, как голова закружилась сильнее, в изнеможении опёрлась спиной на стену и прикрыла глаза.
— Не хочешь повеселиться, красавица? — раздался хриплый шёпот практически рядом с ее ухом.