— Может, обиженный поклонник? — нахмурился Драко. — Есть кто-то из ее бывших кавалеров, способный на такое?
— Только Зен, — кивнул головой Гарри, вставая со своего места, и направился в сторону гостиной. — Если бы такое и пришло кому-то в голову, то я поставил бы свой сейф в Гринготтсе, что это именно он творит весь этот ужас.
Малфой молча последовал за ним, наблюдая, как Поттер снимает блок с камина.
— Нам нужно просмотреть воспоминания Грейнджер, — сказал он, когда Гарри переступил каминную решетку. — Она помнит произошедшее лишь короткими вспышками. Вполне возможно, что она заметила что-то важное, но ее мозг просто заблокировал это воспоминание в целях самосохранения.
— Не приходите на работу завтра, — ответил Поттер. — Закрой камин после моего ухода и после того, как Гермиона немного успокоится, обсуди это с ней. Если поймёшь, что она ещё не готова к этому, то…
— Поттер, не учи меня делать мою работу, — холодно процедил Драко, но заметив, как вытянулось от удивления лицо Гарри, тяжело вздохнул и потёр двумя пальцами переносицу. — Извини, нервы не к черту.
— Не у тебя одного, — после небольшой паузы понимающе кивнул Поттер. — Ладно, все завтра. Следи за ней.
С этими словами он произнёс свой домашний адрес и, бросив себе под ноги летучий порох, исчез в зелёном пламени. Малфой тут же заблокировал камин, натянул на себя кожаную куртку, вышел на задний двор и, присев прямо на ступеньки, достал из внутреннего кармана сигареты.
Он поджег сигарету палочкой и, облокотившись на колени, запустил ладони в волосы. Драко ненавидел себя. Вот прямо сейчас, в эту самую минуту он чувствовал, как его тошнит от всего происходящего.
Он не смог ее уберечь. Оставил одну. Если бы не он, то не было бы сейчас пустых склянок Успокоительного зелья на тумбочке возле ее постели. Не было бы этих душераздирающих всхлипов Гермионы и слёз, словно льдинки блестящих на ее щеках. И абсолютно точно ей не пришлось бы вновь возвращаться в свой самый страшный кошмар.
Очередная глубокая затяжка, сделанная в попытке получить хоть какое-то удовлетворение, принесла лишь новое ощущение тошноты. А может быть, это вновь был такой знакомый привкус разочарования на языке?
Драко затушил сигарету о ступеньку и решительно поднялся на ноги. Он вернулся в дом и, тщательно заперев за собой входную дверь, направился в спальню. Сняв с себя одежду и осторожно скользнув под одеяло, Малфой обвил рукой талию Гермионы и прислушался к ее дыханию.
Нет. Ни за что на свете он не допустит повторения этой ситуации. С этого момента он станет незримой тенью ходить за ней по пятам, если это поможет сохранить Грейнджер в безопасности. Ради ее спасения он должен сделать все возможное. Ради спасения их обоих.
Вскоре эти беспокойные мысли начали утомлять его и без того уставшее сознание. Драко поглубже втянул носом исходящий от волос Гермионы аромат роз и наконец провалился в долгожданный сон.
***
Это утро, казалось, совсем не отличалось от тех, к которым Драко так успел привыкнуть после переезда к Грейнджер. Он проснулся первым, чмокнул ее ещё спящую в лоб, принял душ и отправился на кухню. Там его уже нетерпеливо ждал Живоглот, всем своим видом демонстрирующий недовольство и, громко мяукал.
Малфой с ухмылкой потрепал кота за ушами, насыпал в его миску корм и нажал кнопку на кофемашине. Как обычно вздрогнув от слишком громкого сигнала, оповещающего о готовности напитка, Драко тихо выругался и взял в руки кружку. В очередной раз пообещав самому себе при первой же возможности заменить это вопящее чудовище, гордо именуемое машиной для кофе, он сел за стол и начал задумчиво разглядывать пейзаж за окном.
Хоть Новый год и был уже буквально через несколько дней, полноценная зима все ещё не спешила принимать Лондон в свои ледяные объятия. Погода на улице была пасмурной и больше напоминала дождливый и промозглый ноябрь. А снег, так нетерпеливо ожидаемый местными жителями, казалось, совсем не торопился украсить город к предстоящему празднику.
Драко сделал небольшой глоток обжигающего напитка и позволил себе ненадолго расслабиться, полностью отпуская прошлую ночь. Он очень переживал, что прошедшие события каким-то образом отразятся на Гермионе и лишат ее такого нужного в ее ситуации сна, заставив ее рассудок вновь и вновь прокручивать все самые страшные ночные кошмары. Но, слава Мерлину, Успокоительное зелье сделало своё дело, и за всю ночь Грейнджер даже не изменила положения своего тела, так и проспав все это время в объятиях Малфоя.
Сам же Драко спал очень беспокойно. Его разум то и дело безжалостно демонстрировал ему лицо Гермионы в тот самый момент, как он переступил порог уборной. Малфою казалось, что он буквально кожей ощущал ее слёзы, когда она рыдала, уткнувшись лицом в его шею. Иногда, словно помехи в телевизионной передаче, эта картинка сменялась воспоминаниями самой Грейнджер в тот день, когда Зен избил ее. И Драко вновь и вновь просыпался в холодном поту, чувствуя на груди бетонную плиту отчаяния.
Он резко обернулся, услышав шорох со стороны коридора, и наткнулся на стоящую в проходе Гермиону. Она, зябко поёжившись, поплотнее запахнула на груди шёлковый халат и, слабо улыбнувшись, тихо произнесла:
— С Рождеством, Драко.
Точно. Рождество. Тёплое воспоминание об их поцелуе в ресторане затопило Малфоя буквально с головой — единственный момент прошлой ночи, который ему хотелось как можно крепче запечатать в своей голове. Сейчас это казалось единственной важной вещью в его жизни.
— С Рождеством, Гермиона, — улыбнулся он и похлопал ладонью по своим коленям, призывая ее присесть.
Грейнджер осторожно опустилась на его бёдра и, рвано выдохнув, обвила руками шею Драко, прижимая его голову к своей груди.
— Ну как ты? — тихо спросил он, сцепляя пальцы за ее спиной. — Смогла отдохнуть?
— Странно, но да, — кивнула головой Гермиона, скользнув пальцами по его волосам. — Это удивительно, но я всегда хорошо сплю рядом с тобой.
Поцеловав Малфоя в макушку, она легко спрыгнула с его коленей и, подойдя к кофемашине, нажала кнопку запуска.
— Умираю с голоду, — пробормотала Грейнджер и открыла холодильник. — Ты опять решил продолжить портить свой желудок и ничего не есть на завтрак?
Драко тихо хмыкнул и, сделав очередной глоток из своей кружки, ответил:
— Ты совершенно не права. Например, вчера я завтракал вместе с тобой.
— Только потому что я шантажировала тебя своим новым нижним бельём! — парировала она, достав из холодильника тарелку с бутербродами. — Ты просто очень хотел получить свой пода…
Ее перебил громкий звук кофемашины, и Гермиона, вскрикнув, резко разжала пальцы. Тарелка с шумным грохотом ударилась о кафель и разлетелась на мелкие осколки.
— Ты не поранилась? — бросившись к ней, пробормотал Малфой и сжал ее дрожащие ладони своими. — Все в порядке. Это всего лишь кофемашина.
Грейнджер, словно не слыша его, лишь мелко тряслась всем телом и смотрела невидящим взглядом прямо перед собой. Неожиданно она рвано выдохнула и, не обращая внимания на лежащие под ногами осколки, шагнула вперёд, врезаясь своим телом в Драко, и судорожно сжала его в объятиях.
— Все хорошо, — прошептал Малфой, успокаивающе поглаживая ее по спине. — Все в порядке, я с тобой.
Гермиона в последний раз тяжело вздохнула и наконец расслабилась в его руках. Она медленно отстранилась от Драко и прошептала:
— Он обещал убить тебя.
Малфой от злости скрежетнул зубами. Вчера он мог только догадываться, что именно этот ублюдок наговорил Грейнджер, потому что она была в таком состоянии, что никакой допрос не имел абсолютно никакого смысла.
— Пусть встаёт в очередь, — хмыкнул он и взял ее лицо в свои ладони. — Гермиона, обещаю, с тобой все будет хорошо. Теперь я не оставлю тебя ни на секунду.
— А с тобой? — взволнованно спросила она, цепляясь за его предплечья. — Что будет с тобой? Вдруг он попытается причинить тебе вред?