— Я слишком долго жила в страхе, Драко, — еле слышно ответила Грейнджер, все еще не смотря на него. — Больше я не смогу это вынести. Прости, я не такая сильная, как ты думаешь. Если для того, чтобы получить хоть малейшую зацепку в этом деле, мне придётся рискнуть, то я готова. Что угодно, лишь бы больше не бояться.
Драко молча смотрел, как она нервно отбивает ногтями по столу какой-то незатейливый ритм, смотря отсутствующим взглядом перед собой. Было заметно, что она сдерживается из последних сил, чтобы не сорваться. Очевидно, что накопившиеся за сутки эмоции, хоть и получили выход, пролившись вчерашней истерикой, все ещё сохранили контроль над сознанием Гермионы.
Внезапно Малфой ощутил, как откуда-то изнутри поползло липкое чувство стыда перед ней. Он никак не мог отпустить сложившуюся ситуацию, виня себя в нападении, и сейчас ему было как никогда больно смотреть на то, как Грейнджер своими собственными руками вновь затягивала веревки на своём холщовом мешке. Такими темпами этот мешок вновь окажется на дне океана.
— Гипноз, — сказал Драко, сделав пару решительных шагов к ней.
— Что? — Гермиона, вздрогнув, вышла из своего транса и, непонимающе сдвинув брови, повернула голову к нему. — О чем ты говоришь?
— Снимать блок с воспоминаний магией ещё слишком рано, — пояснил он, опускаясь на стул рядом с ней. — Я предлагаю тебе попробовать сделать это маггловским методом. Гипноз это…
— Я знаю, что такой гипноз, Драко, — поворачиваясь к нему всем корпусом, резко перебила его Грейнджер. — Гораздо больше меня интересует, где ты этому научился?
Малфой, хитро прищурившись, откинулся на спинку стула и улыбнулся. В ее глазах вновь горел тот самый неподдельный интерес, при виде которого он почему-то хотел положить к ее ногам целый мир. Да, пусть это и звучало весьма высокопарно, но если учесть, что за последние сутки это был первый раз, когда в ее потухших глазах появилась хоть какая-то жизнь, то Драко действительно был готов сделать что угодно, лишь бы продлить этот момент.
— Скажем так, глава Аврората Франции чуть более прогрессивен в вопросах подготовки своих сотрудников, — Малфой вновь не сдержал улыбки, когда она, закатив глаза, громко фыркнула.
— Такое ощущение, что ты сейчас произносишь предвыборную речь, — покачав головой, сказала Гермиона. — Куча воды и никакой конкретики.
— Мерлин, Грейнджер, в этой истории нет ничего интересного, — рассмеялся Драко. — Все просто: Акнес считает, что авроры должны использовать в расследованиях все доступные методы, в том числе и маггловские.
— Драко Малфой изучал гипноз, — вполголоса пробормотала Гермиона, удивлённо глядя на него. — Почему тогда ты не применил свои навыки в тот день, когда на нас напали?
— Когда воспоминания блокируются не из-за последствий физического воздействия, пытаться восстановить их магией очень опасно, — ответил Малфой, рассеяно покручивая фамильный перстень на мизинце. — В прошлый раз это был результат удара головой, поэтому память можно было восстановить с помощью легилименции и моей магии. Сейчас речь идёт о твоём психологическом состоянии, и я не хочу рисковать. Поэтому поработать придётся именно тебе.
Грейнджер громко вздохнула и, медленно протянув к нему руку, мягко погладила его ладонь.
— Хорошо, — ответила она после минутного молчания. — Давай попробуем.
— Тогда нам лучше закрыть дверь, — Малфой взмахнул волшебной палочкой, накладывая на переговорную Запирающее и Заглушающее. — А тебе я советую пересесть в кресло.
Гермиона послушно встала из-за стола и села в одно из кресел, стоящих рядом со столом. Она тут же поёрзала, всем своим видом показывая, что нервничает. Драко пододвинул стул ближе к креслу и сел прямо напротив неё.
— Все хорошо, — мягко сказал он и накрыл ее подрагивающие пальцы своими ладонями, в попытке хоть как-то успокоить. — После того как я переведу тебя в транс, я сразу войду в твои мысли и буду все время рядом.
Грейнджер шумно выдохнула и, слабо улыбнувшись, кивнула головой.
— Откинься на спинку, — тихо сказал Драко и, в последний раз сжав ее руку, отодвинулся. — Постарайся расслабиться.
Гермиона тут же, сделала как он сказал, и, откинув голову на спинку кресла, крепко обхватила пальцами подлокотники.
— Расслабься, — вновь повторил Малфой и с удовлетворением заметил, как хватка на обивке постепенно ослабла. — Молодец, — мягко улыбнувшись, похвалил он ее. Грейнджер практически во всем старалась вести себя так, словно все ещё была той самой послушной ученицей Хогвартса. И он солжет, если скажет, что периодически эта черта ее характера не доставляла ему особое удовлетворение.
— А сейчас ты должна просто отвечать на мои вопросы, договорились? — спросил он и, дождавшись от неё утвердительного кивка, продолжил: — Ты сидишь в этом кресле?
— Да, — быстро ответила Гермиона и вновь кивнула.
— Твои ноги касаются пола?
— Да, — очередной кивок.
— Твои руки лежат на подлокотниках?
— Да, — ее пальцы вновь на секунду сжали мягкую обивку, словно чтобы убедиться, что это действительно так.
— Ты видишь эту комнату?
— Да, — ответила она, быстро скользнув взглядом по переговорной.
— Ты можешь немного расслабиться, — с улыбкой сказал Малфой, и Гермиона, будто все это время ожидая его команды, тихо выдохнула и склонила голову набок.
— Ты слышишь мой голос, — снова продолжил Драко, понижая голос. — Ты слышишь, как тикают висящие на стене часы.
Грейнджер, все это время не сводящая с него взгляда, лишь коротко кивнула в ответ.
— Твои пальцы ощущают обивку кресла, — ещё тише добавил Малфой. — Ты чувствуешь фактуру ткани, ее мягкость.
Пальцы Гермионы, как по заказу, тут же осторожно огладили подлокотники кресла. Она тихо выдохнула и вновь осторожно кивнула, будто все ещё не решаясь отвечать вслух.
— Твоё дыхание может становиться более ровным и спокойным, — продолжал Драко. — Ты можешь позволить себе расслабиться ещё больше.
Грудная клетка Грейнджер начала двигаться более размеренно, а ее тело обмякло в кресле, позволяя наконец отпустить тревогу, так долго терзающую ее мысли.
— Твоя спина касается спинки кресла, — почти шепотом добавил Драко, внимательно наблюдая за ее лицом. — Твои веки закрываются.
Гермиона послушно закрыла глаза и чуть сильнее склонила голову набок. Ее пальцы наконец полностью прекратили терзать обивку кресла и безвольно повисли на подлокотниках.
— Ты можешь ощутить чувство комфорта, — продолжил Малфой. — Можешь отправиться в путешествие внутрь себя. Расслабиться все больше и больше. Пока ты находишься здесь, ты можешь мысленно отправиться в это путешествие. Может быть, в какой-то приятный момент в твоей жизни.***
Как только на лице Грейнджер появилась блаженная улыбка, Драко достал свою волшебную палочку и, начертив в воздухе нужную руну, еле слышно пробормотал:
— Легилименс.
— Мне нравится в тебе абсолютно все.
Малфой стоял на том самом балконе ресторана и наблюдал, как он сам из воспоминаний стискивает Гермиону в объятиях. Он не сдержал улыбки, когда увидел, как она, разорвав поцелуй, посмотрела на него затуманенным взглядом. Неудивительно, что Грейнджер вернулась именно в этот приятный момент. Он сам был уверен в том, что это воспоминание в дальнейшем поможет ему вызвать ещё не один Патронус.
— Драко? — услышал он взволнованный голос Гермионы позади себя. Обернувшись, он увидел ее, замершую и стоящую возле входа на балкон. Она явно не понимала, что происходит, и, слегка открыв рот от удивления, наблюдала за сценой из своих воспоминаний.
— Спокойно, — Малфой быстро подошёл к ней и помахал руками перед ее лицом. — Постарайся сосредоточиться. Ты под гипнозом, и мы сейчас находимся в твоих воспоминаниях. Понимаешь?
Грейнджер вздрогнула, когда в небо выстрелил очередной залп салюта, и, переведя взгляд на Драко, растерянно кивнула.
— Это хорошо, что ты решила вернуться именно в этот момент, — похвалил ее Малфой. — Нам не придется перепрыгивать в другие воспоминания. Идём.