И я благодарна фон Дервизу, за то, что он познакомил меня с ней. Ведь это единственное хорошее, что случилось со мной за последнее время.
Глава 19.
Итак, первый учебный день после каникул.
Как его охарактеризовать? Всеобщая массовая лень, нежелание хоть что-то слушать, что до тебя пытаются донести учителя, и болтовня, болтовня, болтовня.
Просто нескончаемая болтовня, которая меня ужасно раздражает. Думаю, мое плохое настроение можно объяснить тем, что за ночь до меня наконец доходит весь смысл того вчерашнего разговора, что я подслушала под дверью.
Утром я сажусь на свое место рядом с противным Димой. Немного позже в класс заходит фон Дервиз и целенаправленно идет к нашей парте.
Он останавливается возле меня, но я упрямо смотрю в стекляшку.
– Чего тебе, – не поднимая головы, бурчу я.
– Дим, – он делает вид, что не слышит меня.– Можешь пересесть на мое место?
– Э-э-э… Амина вряд ли будет в восторге, – мямлит парень неуверенно.
Ну, это еще мягко сказано. Я думаю, она будет просто в ярости.
– Да, брось, – в отличие от него уверенно отвечает Красавчик. – Она явно на тебя запала. Поверь, когда она запала на меня, она вела себя точно также.
Вот же.… Какой коварный.
И мстительный.
Я не могу удержаться и все же поднимаю взгляд на Красавчика. Тот стоит с невозмутимым видом, смотря на Диму.
– Правда? – в голосе прыщавого Димы теперь слышны нотки восторженного волнения. – Ты, правда, думаешь, что я могу ей понравиться?
– Я в этом не сомневаюсь, – с убийственным спокойствием кивает парень.
Ох, и это я еще себя считала мстительной?
Я не успеваю моргнуть глазом, как противный Дима уже собрал все свое шмотье и ускакал за нашу бывшую парту. Амина при виде его вздрагивает, посылает, почему то именно мне, уничтожающий взгляд и утыкается в стекляшку.
– Как первый учебный день? – я совсем забыла про Красавчика, который уже расположился рядом. Но его голос вновь возвращает мое раздраженное утреннее настроение, и прежде чем подумать, я брякаю:
– Не надо делать вид, что мы друзья.
Я сама отчетливо слышу, как резко прозвучали мои слова. Я замечаю боковым зрением, как фон Дервиз замирает, услышав их.
– Марта, что опять случилось? – его голос наполнен заботой и беспокойством.
Но меня не проведешь. Он только что жестоко обманул бедного прыщавого Диму, и даже бровью не повел.
Я слишком не в духе, чтобы что-то выдумывать, поэтому поворачиваюсь к нему всем корпусом и выкладываю прямо, смотря ему в глаза:
– Я вчера подслушала твой разговор с Алиской.
Он морщит лоб и делает вид, что не понимает, о чем я вообще толкую.
– Я имею в виду то, как ты сказал, что связался со мной только лишь потому, что я твой враг, которого удобно держать поближе, – объясняю я этому идиоту.
Он все еще несколько секунд после моих слов морщит лоб, а потом удивленно вздергивает брови:
– И часто ты подслушиваешь, что твориться у меня в комнате?
Мое раздражение сменяется смущением. Но я быстро подавляю в себе это чувство. В конце концов, это он должен оправдываться передо мной, а не я! Со мной этот его трюк сделать всех виноватыми кроме себя не пройдет.
– Не увиливай, – рычу я, стараясь не обращать внимания на краску стыда на моем лице. – Ты это сказал. И знаешь, что? Пошел ты в задницу!
– Фройляйн Марта!
Я совсем не заметила за этими выяснениями отношений, что урок давно начался и что Анфиска уже в классе.
– Да, Анфиса Павловна, – я как примерная ученица складываю руки перед собой на парте и смотрю невинными глазками на свою классную.
Ну, я надеюсь, что невинными.
– Фройляйн Марта, сегодня после уроков зайдите ко мне сюда в класс! – приказывает учительница, сверля меня своим строгим взглядом из-за толстых линз очков.
– Без проблем, – бурчу я еле слышно, но эта злая колдунья все равно меня слышит.
– Как раз поговорим с вами о нормах поведения и речи в приличном обществе.
– Всенепременно.
Анфиса Павловна решает проигнорировать мою последнюю реплику и начинает урок.
– Не думай, мы наш разговор еще не закончили, – шепчет фон Дервиз, наклонившись ко мне.
От его теплого дыхания по шее начинают бегать предательские мурашки. Я заставляю вернуться их обратно в неведомый мне загон, откуда они сбежали. Усилием воли мне это удается сделать, но когда мое тело начинает слушать приказы мозга, фон Дервиз давно уже сидит ровно на своем месте и старательно перепечатывает что-то с доски.
Ладно, разберусь с этим придурком позже.
После уроков, я как послушная ученица плетусь в класс. Я мысленно готовлюсь к нравоучениям и фразам, которые должны меня пристыдить. Не уверена, что на самом деле буду чувствовать стыд или хоть что-то отдаленно напоминающее это, поэтому по дороге в класс стараюсь отрепетировать выражение раскаяния на лице. Через один поворот и за два класса до пункта назначения понимаю, что совершенно не представляю, как может выглядеть раскаяние, поэтому решаю, что просто буду постоянно смотреть вниз. Наверное, этого должно хватить, чтобы Анфиска поверил мне.