Руки опустились на его плечи, и девушка грубо впилась в мужские губы, прикусывая нижнюю губу, оттягивая ее, чтобы затем Тоширо протолкнулся языком к ней в ротик, забивая все звуки наслаждения.
По подбородку каждого потекла обильная слюна, пока они пытались совладать со страстью второго. Грубо, напористо, точно звери, не знавшие ласки, они до покраснения сминали губы, переплетались языками, лаская друг друга и ухмыляясь в поцелуй. Миаха зарывалась пальцами в рыжих волосах мужчины, зажимала меж пальцев, за что немедля получала наказание. Рукой Тоширо с чавкающими звуками вбивался во влагалище, растягивая пульсирующие стеночки, загоняя свои пальцы по самый корень, дабы поглотить как можно больше стонов удовольствия.
В ладонь, на брюки стекала обильная влага, которую девушка тут же размазывала бедрами. Она ерзала на своем Президенте, приглушенно мычала, умоляя двигаться быстрее, глубже, чтобы потом ощутить в себе его толстый, мясистый член. Рассудок подернулся дымкой наслаждения, которое окатило ее с головой и проникло в каждую клеточку возбужденного естества.
Тело пробило сладостными конвульсиями, и девушка на миг застыла, напряглась от испытанного оргазма, такого яркого, умопомрачительного, что она безвольно опала на грудь Президента. Счастливые глаза прикрылись, губы невесомо коснулись разгоряченной кожи на шее, от которой исходил бесподобный аромат настоящего мужчины.
– Трахни меня, - переведя дыхание, она оторвалась от Тоширо и с просьбой заглянула в его подернутые паволокой глаза. - Покажи, что я не зря тебя ждала. Докажи, что ты мужик, а не размазня.
На губы легла тень зловещей ухмылки. Как же долго он ждал этих слов. Немного растерян, поражен тем, насколько же его ангел развратен, но это даже интереснее – не придется тратить время на нежность и ласку.
Спихнув девушку на диван, Тоширо поднялся с диванчика и под ее голодный взгляд приступил к расстегиванию рубашки. Одна за другой, пуговички выскакивали из прорезей, всё больше открывая вид на подкачанное, мускулистое тело. Миаха пошло облизнулась и, привстав на коленях, обхватила пряжку ремня. Дернула мужчину на себя, загадочно посмеялась, когда наткнулась на озорных чертиков в его глазах.
Как только рубашка отлетела в сторону женского платья, девушка на какое-то время превратилась в статую. Президент был идеален, атлетически сложен и лишен всяких недостатков. Оставив ремень в покое, девушка вцепилась руками в мужскую талию и настойчиво притянула Тоширо к себе. Взгляд вскинулся к его лицу, а вытянутый язычок дразняще коснулся торчавшего соска.
Савада рвано выдохнул, когда горячие губы обхватили затвердевшую горошину. Было чертовски приятно сгорать в жаре ее ротика, но хотелось ощутить эту влажность совершенно иным местом. Схватив Миаха за потрепанный хвост, мужчина красноречиво дернул ее вниз – к ноющему желанию, которое жаждет получить толику своего наслаждения.
Пошлая улыбка расплылась по женским губам, и не прошло минуты, как брюки Президента упали на пол. Ладошка обхватила выпирающий бугорок, проглядывающий сквозь ткань боксеров. Миаха приценилась к мужскому достоинству, провела рукой по всей его длине, заставляя Тоширо сорваться на сиплый вздохи, и только потом она оголила самое желанное, в чем так нуждалась женщина внутри.
Низ живота свело приятной судорогой и воздух мигом накалился до предела, когда глазам девушки явился красивый, нежный на ощупь член Президента. Облизнувшись, она обхватила его двумя руками и медленно, очень медленно провела от корня до головки, выдыхая неистовое желание вобрать в себя эту плоть. Идеален во всем, даже в штанах у него было всё так, как она и представляла. Совершенный в длине, толстый в обхвате и перевитый синими венками, каждую из которых она обвела кончиками пальцев. Тоширо давил в себе желание ухмыльнуться, самодовольно, пока наблюдал за выражением лица помощницы. Ее глаза лучились искренним восхищением, язык не переставал облизывать сохнущие губы, а бедра сжимались, елозили друг о друга – вероятно ангел уже на пределе. Как и он.
Намотав длинный хвост на кулак, Тоширо надавил на женский затылок и с тенью ухмылки толкнулся тазом. Влажная головка прижалась к губам, смачивая их сочащейся смазкой. Миаха совершила несколько поступательных движений рукой, невесомо поцеловала кончик члена, поднимая на мужчину полупьяный взгляд – и в следующий момент языком, горячим, напористым, повела по всей длине ствола.