Рассвет из кабинета Президента всегда виден во всей полноте, красочной, пестрящей живыми цветами. Держа горячую кружку с кофе и сидя на подоконнике, прислоняя голову к стеклу, измотанный мужчина никогда не мог сдержать улыбки.
Воздушные массы, которые заполняли горизонт, тонули в золотом свечении, мягко переходящем в нежно-розовую, чуть фиолетовую паволоку. Солнце поднималось медленно, словно ленилось от мысли, что ему необходимо целый день топить мегаполис в согревающе золотистом тепле. Оно выкатывалось из-за макушек гор, разрасталось в размерах и начинало слепить, раскидывая по сторонам невыносимо яркие лучи. В этот момент Тоширо щурился и делал последний глоток.
Кофе уже остыл. На дне полоскались не растворившиеся крупинки, которые Тоширо лениво размазывал по стенкам, крутя свою кружку. Красная, в разноцветный горошек, она была его самой любимой и... ценной, что ли. Когда-то помощница привезла ее из командировки, пояснив такое решение очень необычными словами:
«Я как увидела, сразу о Вас подумала»
Тоширо развернул кружку рисунком к себе. Рыжий лисенок. Забавный.
Тогда он загорелся внезапной догадкой, что это намек, некий комплимент, смысл которого так и остался для него неведом. Помощница ушла за дверь, и вместе с ней пропали зарождающиеся крохи надежды.
С восходом солнца город оживает, а вместе с ним растет и гул, что начинает слышится снаружи. Работники занимают свои места, включаются компьютеры. Личный секретарь заглядывает в кабинет, каждый раз здоровается улыбкой – и Тоширо порой кажется, что за маской добродушия скрывается нечто более коварное. Эта женщина ему никогда не нравилась, но почему, на этот вопрос он и сам никогда не мог ответить. Ее духи казались тяжелыми, приторными, макияж был слишком броским, а одежда выбивалась из общей картины серости.
«Вульгарна», - нашептывало ему сознание, когда секретарь заходила в кабинет с кофе либо корреспонденцией. Приходилось быть вежливым, давиться улыбками, которые и не хотелось показывать.
Почему? Быть может дело в инциденте, что приключился год назад, когда еще новенькая, неопытная секретарша наорала на Вице-Президента их компании. Тогда лишь чудом удалось избежать увольнения, и всё благодаря его ангелу, Миахе Ашихаре.
Добрая, всегда вежливая. Она лишь улыбнулась хамке и совершенно спокойным тоном объяснила, почему ее не следует задерживать ни при каких обстоятельствах. В тот раз Тоширо не видел лица, с которым Вице-Президент «ругала» подчиненную. Однако после случившегося нынешний секретарь начала поглядывать на миниатюрную девушку с опаской и неким уважением. Хотел бы и Тоширо посмотреть, какими были ангельские глаза в момент выволочки, да только упустил он этот шанс – с тех пор ни один из служащих и шепотом не посмел упрекнуть Миаху. Идеальная во всем. И даже он не мог припомнить случая, когда она хоть раз ошиблась, опоздала или подвела его в их общем деле.
А общим оно действительно стало за прошедшие пять лет. Миаха была с ним у истоков бизнеса. Вначале как простая помощница, амбициозная, готовая идти напролом ради блага компании. Тоширо всегда поражало то, с какой отдачей она работает, как надрывается ради чужого дела… Поэтому спустя год их успешной деятельности он предложил Миахе стать его полноправным партнером. Она, конечно, удивилась такому предложению, но отказываться не стала. И после этого простая помощница вошла на совет директоров уже в роли его Вице-президента.
Но даже так их отношения оставались сугубо деловыми. Тоширо и сам не понимал, почему медлит в отношении Миахи. Она ведь постоянно рядом с ним… И при этом он до сих пор ничего о ней не знает. Только то, что она пьет зеленый чай с жасмином и любит булочки с корицей. В кабинете, пока никто не видит, она позволяет себе сменить туфли на мягкие тапочки. А еще ему известны марка духов, о ее постоянных разговорах с продавцом из киоска возле дома, маршрут с работы, в какой магазин заходит за едой, любимые жанры, и многие другие мелочи, о которых Тоширо узнал чисто случайно.
Нет, роль маньяка ему совершенно претила, однако с этой девушкой его пробирало глубокое отчаяние. Порой мужчина не замечал, как во время прогулки подходил к дому Вице-Президента, простой многоэтажке в спальном районе. А когда к нему возвращалась возможность здраво мыслить, он с ужасом спешил удрать подальше оттуда, где его вообще быть не должно – живут-то они в совершенно разных концах города.