Повернулась, пробудила дар, готовая к бою. Да, резерва практически нет, но все, что осталось, я использую для защиты. Себя и своих бойцов.
Внезапно на плечах я почувствовала крепкие руки.
— Ш-ш, смелая девочка. Вот мы и встретились снова, — шепнули мне на ухо.
Я двинула локтем назад, вырываясь из захвата, но мужчина держал крепко. На мою попытку воспользоваться даром он издевательски рассмеялся. Не придумав ничего лучше, я закричала. Но помощь не пришла.
Йис валялся в отключке, Дейрен отбивался от десятка атакующих его чудовищ, а вторая часть нашего отряда, находящаяся с другой стороны силового поля, вероятно, не могли воспользоваться своими деактиваторами, чтобы помочь нам.
Каиру — а меня схватил именно он — надоело слушать мой ор. Грубо зажав мне рот, мужчина полыхнул глазами. Я попыталась укусить его за ладонь, но не смогла. Тело перестало меня слушаться, сделалось чужим, неуправляемым: руки безвольно повисли, ноги подкосились, даже голова откинулась назад.
Каир, пробормотав «так-то лучше», взвалил меня на плечо и понес вглубь Пустоши. Свисая куклой, без возможности пошевелиться, я моргала и чувствовала, как по замерзшему лицу горячими ручейками стекают бессильные слезы.
Шли долго. Судя по тому, что Каир не торопился, погони он не боялся. Как там мой новообретенный отряд? Надеюсь, Дейрен смог справиться с чудовищами и спасти Йиса. Или деактиваторы заработали, и Проклятые покинули Пустошь.
Пару раз я сваливалась с плеча Каира в сугроб; в такие моменты мужчина останавливался и отдыхал, равнодушно наблюдая за тем, как я, без возможности пошевелиться, лежу в снегу. Хорошо хоть, что находясь под незнакомым мне заклятием, я не ощущала холода.
В один из разов, перед тем как закинуть меня обратно на плечо, мужчина провел шершавым пальцем вдоль линии моих волос, а затем тыльной стороной ладони ударил по лицу.
— От меня еще никто не сбегал, — раздраженно произнес он.
В Убежище Каир сгрузил меня на пол, сомкнул на запястьях вирриловые браслеты, неприятно оцарапав кожу, и оставил в крошечной темной камере. Через какое-то время дверь открылась, и меня приподняли чьи-то сильные руки.
— Идиотка, — буркнули в ухо. Я узнала голос Микела. — На этот раз ничем не смогу помочь.
Он отнес меня в большое мрачноватое помещение и кое-как усадил на стул — я все еще не управляла своим телом. Голова тут же безвольно опустилась на грудь. Я услышала, как Одаренный вышел. И тут же раздались другие шаги — неторопливые, уверенные. Неужели вернулся Каир?
— Здравствуй, Альяра, — произнес незнакомец. — Или предпочитаешь свое вымышленное имя — Раира? — В голосе отчетливо прозвучали издевательские нотки.
Мужчина приблизился ко мне — но все, что я видела, был туго затянутый пояс и серые строгие брюки.
— Нет, так дело не пойдет, — пробормотал он.
Все мое тело завибрировало, и я осознала, что снова могу двигаться. Я судорожно всхлипнула, пошевелила пальцами ног, рук, сжала и разжала кулаки. Подняла голову и встретилась с внимательным взглядом Проклятого. Он выглядел старше, чем я помнила. Ухоженней. Ушла болезненная худоба, а глаза не сверкали сумасшествием. И только родимое пятно во всю щеку не позволяло ошибиться.
— Аррух, — в ужасе выдохнула я.
Мучитель моей сестры. Проклятый, укравший ее дар.
— Не знаешь меня лично, но боишься? Лестно, — слегка улыбнулся он. А затем резко подался ко мне, вдохнув воздух возле виска. — Хмм…
Я снова не могла пошевелиться. На этот раз — от страха, поднимающегося внутри. Сейчас он узнает меня. Сейчас он поймет.
Аррух щелкнул вирриловыми браслетами, и те свалились на пол.
— Воспользуйся силой, — приказал мужчина.
Я замотала головой.
— Пробуди дар, Одаренная! — повысил голос он.
Его глаза разгорелись серебром, и в меня полетел сгусток силы. Я на автомате отправила контрзаклинание, отбивая атаку.
Проклятый втянул в себя воздух; на его губах заиграла опасная улыбка.
— Каир в бешенстве из-за твоего побега, — небрежно проговорил он. Поднял браслеты, один за другим надел обратно на запястья. — Требует, чтобы тебя немедленно отдали на растерзание чудовищам. Или обессиленным Проклятым.
Жестом приказав подняться, он подвел меня к столу в углу комнаты и указал на стул. Сам сел рядом, на соседний. Со стороны, должно быть, мы выглядели как два заговорщика: склоненные друг к другу головы, почти соприкасающиеся плечи. Только я дрожала, как заяц перед поларом, а Проклятый с задумчивым видом наблюдал за моими терзаниями.