Пока Эйджел говорил, он успел подойти и намазать каждого. И теперь двенадцать вонючих магов стояли и, не в силах произнести ни слова, в бешенстве смотрели на горе-экспериментатора.
— То есть ты нас вымазал вонючей грязью, гнат тебя побери, и даже не уверен, что она действует? — взревел Иллат.
— Да ладно вам, — вмешался Мизар. — Ну, воняет. Мы — бойцы, нас таким не напугать. Не поможет — и гнат с ней. Даже если есть крохотный шанс, что сработает — я готов весь измазаться!
Эйджел с благодарностью зыркнул на Проклятого, поправил очки — и они тоже оказались в серой массе, и убрал банку обратно в рюкзак.
Нащупав в кармане деактиватор, я подошла к силовому полю. Лейра схватила Гиила за руку. Шутки и разговоры мгновенно смолкли — для большинства ребят этот выход в Пустошь, если не считать короткого знакомства в ночь гигантского прорыва, был первым.
Пустошь встретила нас спокойствием — здесь стояла безветренная и не очень холодная ночь. По крайней мере, руки в тонких шерстяных перчатках оставались теплыми.
То ли вонючая субстанция Эйджела действительно работала, то ли просто повезло, но с чудовищами мы не столкнулись. Отыскать Убежище, несмотря на мои опасения, оказалось неожиданно легко. Изначальное направление указал Кирис, вспомнив, с какой стороны я появилась в прошлый раз, а затем группу повела я.
Еще не доходя до места, стало понятно, что что-то не так. Двери в Убежище, так хорошо скрывающие вход — не знаешь, не найдешь — стояли нараспашку. Снег вокруг был истоптан следами, которые уводили дальше, вглубь Пустоши.
Мы осторожно приблизились ко входу. Первыми внутрь отправились Проклятые и Арон с Лусом. Вернулись быстро.
— Выглядит так, что логово покинуто. Все помещения на первом уровне пусты. Ни людей, ни вещей. — Гиил повернулся ко мне. — Альяра, где тебя держали? Сможешь показать? Там могли остаться пленники.
Я кивнула и зашла в Убежище. Неприятные воспоминания мгновенно заполонили голову. Холод и беспомощность. Страх. Отвращение.
Неужели Тарий где-то здесь? Или его увели с собой, туда, куда Проклятый клан отправился дальше? Или… О самом плохом я старалась не думать, но страшные мысли все равно пробивались, проникали ядом в сердце, отравляли надежду.
К концу спуска в подземелье я так себя накрутила, что когда шедший впереди Мизар, заглянув в одну из камер, прокричал: «Куратор Ош! Живой!», не сразу осознала смысл слов.
А осознав, дернулась вперед, то ли вскрикнув, то ли всхлипнув от облегчения.
Он лежал, прикованный к стене. Руки, ноги и шею обхватывали вирриловые кольца; от них к торчащим штырям тянулись толстые цепи.
— Без сознания, — сказал Мизар и вышел в коридор. Оттуда донеслось: — Лейра, помогай.
Опустившись на колени, я взглянула на Тария. Губы разбиты в кровь, на лице кровоподтеки. Разорванная одежда, и по всему телу следы от когтей и клыков чу… зверей. Чудовища здесь — не пустошские звери, а люди. Проклятый клан.
Рядом со мной присела Лейра. Взяв куратора за руку, она пробудила дар.
— Он на грани, — прошептала она. — До лагеря не донесем. Нужно избавить его от вирилла. Срочно!
Я в отчаянии повернулась к столпившимся на пороге ребятам:
— Браслеты зачарованы. Мне не под силу их открыть!
— Разойдитесь, — прозвенел резкий голос Кириса.
Склонившись над Тарием, Проклятый короткими мощными толчками выплескивал силу, разрывая опутывающие куратора кольца. Когда последнее из них треснуло, Кир бессильно осел на пол.
— Гнатова дрянь, весь резерв высосала, — ругнулся он и упал в обморок.
— Эйджел, займись им, — прикрикнула на старосту подружка. — Альяра, а ты помогай мне.
Лейра начала осторожными импульсами воздействовать на тело Тария. Я пробудила дар и, увидев рисунок магических завихрений, старалась в точности его повторить.
Остальные ребята находились неподалеку, готовые, если понадобится, подпитать силой.
Через несколько минут, показавшимися мне вечностью, ресницы куратора затрепетали, и веки, вздрогнув, поднялись.
Глаза Тария светились серебром. Он вдохнул, затем еще раз, а потом задышал часто-часто.
— Тарий, все хорошо, — произнесла я, склонившись к нему.
Куратор сфокусировал на мне свой взгляд. Я улыбнулась — слава Светлой Матери, жив! Внезапно глаза мужчины полыхнули.
— Уходи, — прорычал он.
Эээ, что? Это он мне? Я растерянно на него посмотрела. Тарий скривил лицо, словно ему неприятно, и громко повторил:
— Убирайся отсюда! Уйди от меня!
Тарий
С прорывом справились быстро — он открылся в то время и в том месте, которое предсказывал Вюрт. Формула Одаренного действительно работала.