Маги начали расходиться, зал стремительно пустел. Краем глаза следя за Тарием, разговаривающим с Дейреном возле сцены, я медлила.
— Догоню, — бросила я друзьям и стала пробираться к куратору.
Тот, заметив это, нахмурился и указал на меня Дейрену. Лидер моего отряда развернулся и быстро пошел навстречу. Твердо схватив за локоть, повел к выходу, не давая ни вырваться, ни остановиться.
— Наслышан от Шварца, что ты бойкотируешь тренировки? Райас, ты осознаешь, что дисциплину моих бойцов ставят в пример? До этого я тебя жалел, давал время притереться. Время закончилось, — сурово отчитывал меня Проклятый.
Извернувшись, я оглянулась на Тария, но увидела лишь мелькнувшую спину. Куратор ушел через переднюю дверь помещения. Даже не посмотрев на меня.
Что с ним сделали в Убежище? Лишили остальных воспоминаний?
Дейрен больно встряхнул меня за руку.
— Хватит крутиться. И запоминай. Твой распорядок теперь меняется — утренняя тренировка с пяти, днем спарринги с отрядом, вечером практика. Каждую ночь ходишь в рейд в Пустошь. С той группой, у которой разведка по плану. Ясно? Ближайшие две недели. Но если дисциплина продолжит страдать — продлим.
— А спать когда? А отдыхать? А жить? — возмутилась я.
— Райас, ты боец, а не нежная барышня. Это теперь и есть твоя жизнь.
Глава 18
Начались бесконечные дни, заполненные занятиями по физподготовке, командными тренировками и ночными выходами в Пустошь.
За несколько недель я сталкивалась с Тарием от силы раза три — и каждый раз, увидев меня, он спешил скрыться. Куратор не посещал столовую, не появлялся на полигоне, и кажется, даже ночевал в другом корпусе — окна его комнаты оставались темными.
Кир, который тоже отрабатывал свои штрафы в Пустоши, на все вопросы отмалчивался, лишь единожды прокомментировав, что для меня небезопасно находиться рядом с куратором. Но почему, объяснить не смог. Или не захотел.
Честно говоря, даже сердиться и возмущаться было некогда. Ни на Кира, ни на куратора.
С утра до ночи я существовала в режиме выживания, к концу дня валясь от усталости с ног. Конечно — в пять утра я уже стояла на полигоне, а обратно в комнату возвращалась после полуночи — и то, если везло с погодой. А если не везло, и проверка в Пустоши затягивалась, то вернуться могла как раз к началу утренней тренировки. Поэтому стоило мне только присесть, глаза наливались тяжестью, и я засыпала.
Держалась я лишь на целительном настое, который принесла Лейра, и на странной фиолетовой субстанции, созданной Эйджелом. Та противно скрипела на зубах, но хотя бы не воняла. И, вроде, даже работала — мышцы после стольких тренировок совсем не болели.
Ежедневные (точнее, еженочные) походы в Пустошь стали привычными и уже не пугали. Что удивительно — за полмесяца мы не встретили ни одного чудовища, а проверка магической сети, поначалу будоражащая, превратилась в рутинное и скучное занятие.
Шаг — импульс, шаг — импульс. Влить силу. И снова, шаг — импульс…
После двухнедельной отработки наказание мне продлили еще на неделю. Взвыв от несправедливости — я-то считала, что веду себя идеально — не сдержалась и высказала Дейрену все, что думаю о нем и его методах воспитания. Мужчина сухо хмыкнул, и увеличил срок до месяца. Йис, проходящий мимо, заметил выражение моего лица и отвлек Дейрена каким-то вопросом. Что ни говори, а в нашем отряде сильной стороной была не только дисциплина, но и взаимопомощь.
Зато за время работы в Пустоши я перезнакомилась с половиной отрядов Проклятых. Большинство магов относились ко мне дружелюбно (либо, что тоже было неплохо, с безразличием), но отдельные личности были настроены враждебно. Могли кинуть неприятным заклинанием или неверно сообщить координаты проверяемого участка. В такие моменты я радовалась, что у Кириса так много штрафов, что он постоянно находится рядом. Хоть какое-то знакомое лицо и Проклятый, от которого понятно, чего ждать.
Закончился октябрь, наступил ноябрь. После очередной пустошской проверки силового поля, на этот раз со своим отрядом, мне даровали передышку. Дейрен благосклонно улыбнулся на прощание и разрешил пропустить утреннюю и дневную тренировки.
— На вечернюю практику жду без опозданий, — добавил он.
Обрадовавшись неожиданному подарку, я отправилась в комнату и завалилась спать, отключив будильный артефакт. Меня не разбудил ни уход Лейры, ни слепящее сквозь окно солнце, ни громыхание дверей в коридоре — а ребята обычно так грохотали так, что стены тряслись.