— Никаких встреч.
— Мне тебе просто поверить?
Он поднялся из кресла, в котором сидел и, топча лепестки, пошел ко мне. Запах стоял просто удушающий…
Меня просто трясло от злости и бессилия. Но все же не настолько, чтобы не испугаться и этого выражения. Я невольно отступила, пока не уперлась спиной в закрытую дверь. Хозяин подошел вплотную, и я отвернулась, борясь с желанием еще и зажмуриться. Сверху посыпались сиреневые лепестки.
— Любишь цветы?
— Не успела понять, — голос дрогнул от обиды, которую не смогла сдержать. — Это был мой первый букет.
— Какая жалость. Меня опередили, — и едва не касаясь губами моего уха, прошептал: — С тобой мне хочется быть во всем первым.
Щеки жаром опалило. Он же не имеет в виду…
— Кого ты ждала там?
Он… он! Я на секунду прикрыла глаза, не зная как справиться с этим. А когда открыла, заметила часы на его руке, они были прямо перед моими глазами.
— Сейчас почти три часа утра, кого я могла ждать в это время?!
Он наклонил голову к плечу, раздумывая над моим ответом. Издевка во всем. Он сейчас, похоже, веселиться?!
— Да. Поздно. Значит это была просто наивная попытка побега. Я должен радоваться или нет? Никак не решу.
Сколько еще он будет меня мучить?!
— Так от кого твой первый букет? Ты так и не ответила.
Я упрямо сжала губы, не собираясь ничего говорить. Не потому что защищала кого-то, а потому что была унижена и без этого!
— Так упорно молчишь, и это меня злит. Я уже был зол, когда узнал, что ты сбежала. Чего ты добиваешься?
Больше чем его слова, меня напугало, что рука, на которую он опирался, сжалась в кулак так сильно, что костяшки побелели, и все же я смогла выдавить:
— Дайте мне уйти…
Он наклонился, обдавая дыханием:
— Иди. Впереди трудный день. Тебе нужно работать.
Его рука соскользнула мне на талию, и он с силой прижал меня к себе, заставив пройти на шаг вперед. Не отпуская, открыл дверь и после этого вытолкнул, хлопнув дверью почти перед моим лицом
25 глава
До утра так и не смогла заснуть. Вернувшись в комнату, села на стул и просидела несколько часов, глядя в никуда.
Я ожидала большего, когда меня привезли сюда. Гораздо большего! Не то, чтобы я жаловалась, но это не давало покоя.
Столько всего сегодня случилось и в голове никак не укладывалось! А главное, что я совершенно точно понимала две вещи — мне здесь не место и то, что хозяин решил всеми силами меня здесь удержать.
И почему я не понимала до сих пор. Это влечение… мне казалось больше… физического свойства. Даже думать о таком смущает! Так что же его остановило? Если отбросить все эмоции и то, что это касалось лично меня? Что могло ему помешать взять то, что хочет? Толпа дорогих, нет, самых лучших адвокатов, прибежит по первому его зову и легко убедит кого угодно и в чем угодно. Меня некому защитить, и он это отлично знает. И снова, не то чтобы я жаловалась на то, что ничего не случилось!
И все же, как не неприятно было переживать и на себе все это чувствовать — черты определенной он не переступил. И когда увидел мое неприятие и вовсе остановился. Я не могла этого не признавать.
Мне почудился запах цветов, и обида снова всколыхнулась, я даже всхлипнула, поспешно утерев набежавшие слезы. Зачем он так? Чем они ему помешали? Какое ему дело до того, кто и почему мне их подарил? Ревность? Что за нелепость!
Не говоря уже о том, что он, не задумываясь, приказал забрать их из моей комнаты! Хотел показать, насколько я бесправна? Кто-то вошел, забрал их, пока меня не было. Ходил здесь и трогал мои вещи. Наверняка он не сам это сделал. Кто интересно? Я невольно оглянулась, ища следы чужого пребывания здесь.
Уже рассвело, и только сейчас я, наконец, заметила еще одно изменение. Исчез букет, что я поставила возле своей постели. Зато появился другой. Я несколько раз моргнула, решив, что это какая-то галлюцинация. Он стоял на полу чуть в стороне и был настолько огромен, что я растерялась. Несколько сотен, не меньше, алых, едва распустившихся роз. Здесь просто некуда было поставить этот букет, если это можно было так назвать. Я наверняка не смогла бы даже двумя руками обхватить эту охапку.
Сработал будильник на моем телефоне, и я едва не подпрыгнула на месте от испуга, оторвавшись, наконец, от созерцания цветочной вакханалии.
Пока собиралась и переодевалась, старалась не смотреть на цветы. Я просто не знала, что по этому поводу думать. Этот человек делает такие странные и противоречивые вещи, и я не в силах его понять! Просто не могу!
Едва позавтракав, почувствовала, как на самом деле устала. Жалеть о том, что не поспала хотя бы несколько часов, уже было поздно, день уже начался, нужно было просто продержаться до вечера. Первое новшество я заметила слишком поздно, наверное, как раз потому, что была немного не в себе.