— Уезжай! — заорал Арс так громко, что звук будто разорвал пространство. Сердце громко отдалось по рёбрам. Руки моментально вспотели. — Быстро!
Я резко рванула с места, вдавив педаль газа до упора. Человек, схватившийся за ручку двери справа, не успел. Он бы и не смог открыть дверь: Арсений предусмотрительно заблокировал её. В зеркале я заметила, как Арс рухнул на землю, а у машины зажглись фары — за мной погоня.
Сердце колотилось где‑то в горле, руки дрожали, но я гнала машину вперёд, вгрызаясь взглядом в дорогу. В голове билась одна мысль: «Только не оглядываться. Только не останавливаться».
Арсу не поможешь, он сказал, что выберется сам. А сможет? Может, стоит вернуться? И что я сделаю? У меня было два варианта: ехать дальше либо вернуться за ним.
Волчица вдруг подала голос — не скулила, не рычала, а словно шептала: «Быстрее. Они близко». Или мне так казалось, что она говорит, и это всего лишь моё сознание, которое фиксирует фары, маячившие позади.
Я стиснула руль до боли в пальцах. Я не сдамся. Не сейчас. Арс мне этого не простит, в этом почему-то я не сомневалась. Он говорил со мной в машине не зря. Нельзя его подвести.
Фары преследователей мелькали в зеркалах, приближаясь с каждой секундой. Дорога петляла, деревья смыкались над головой, превращаясь в тёмный туннель. Я не знала, что будет дальше, если они догонят, если остановят. Но понимала одно: ничем хорошим это не закончится. И так некстати всплыла фраза Мэтконара: «Вы настолько редкий вид, что за вами охотятся не только люди, но и другие оборотни. Каждый хочет присвоить вас, сделать своей собственностью».
Нет. Об этом думать нельзя. Иначе от страха совсем перестану следить за дорогой. И только после я стала замечать знакомые места. Мост! Вот куда мне надо! Там они не смогут проехать, и я смогу обогнуть поворот. А там я уже точно оторвусь от них.
Резкий поворот, визг шин — и машина нырнула на заброшенную дорогу. Мост действительно оказался узким, едва ли для одного авто. Я проскочила — и в тот же миг за спиной раздался скрежет металла, крик, звук удара.
Остановилась только через несколько километров. Выключила фары, заглушила двигатель. Тишина. Только моё прерывистое дыхание и стук сердца, от которого звенело в ушах.
Вытерла слёзы ладонями и убедилась, что позади никого нет. Я ушла от погони.
— Мы справились, — прошептала я, обращаясь и к себе, и к волчице. — Я вернусь за ним. Обязательно.
Где‑то вдали завыл волк. Или это просто ветер?
Глава 23. Семейный секрет семьи основателей
Джессика
За окном автомобиля уже наступил вечер. Я сидела, нервно постукивая пальцами по рулю, и всё ещё не знала, куда ехать. Волчица внутри притихла, словно не хотела принимать решение за меня. Несправедливо. Уезжали вместе, а сейчас я будто снова осталась одна. Предательница.
Волчица где-то на задворках разума проскулила, давая о себе знать. Но она сейчас так же, как и я, в растерянности. И куда теперь ехать? Что делать?
Мысли снова и снова возвращались к последнему разговору с Арсом. Его слова звучали в голове как заевшая пластинка. Губы всё ещё помнили тепло его поцелуя. Сердце колотилось о рёбра с такой силой, что больно было дышать. Страшно: за него, за себя.
Ужас, который я сейчас испытывала, ледяной волной пробегал по позвоночнику. Жив ли он? Убили? Схватили? А если… если проводят тёмный ритуал? От этой мысли руки сами сжали руль до побелевших костяшек. Нет. Нельзя так думать.
Но воображение уже рисовало картины одна страшнее другой: Арс, скованный цепями, бледный, с потухшим взглядом. Или того хуже — сидящий в клетке. Мамочки…
Потрясла головой, отгоняя видение. Он жив! Должен быть жив и на свободе.
Он обещал выбраться, если я уеду. И я верю. Всем сердцем, всеми фибрами души верю, что он сбежал, исчез, растворился в ночи — но не остался там, на той проклятой дороге. Он сильный, и нашёл выход из ситуации. За мной гнались, а значит, с ним остался один нападавший. Надежда умирает последней. Думать о его гибели и того хуже не стоит.
Но куда теперь ехать мне? Где искать ответы? В памяти вспыхивала картина: Катрин в кабинете психолога. Мэтконара. И это слишком опасно для неё, и я, пока была в волчьей шкуре, ничего не могла ей сказать: ни предупредить, ни крикнуть, чтобы она бежала. Лучше ей бежать от него подальше. Он зверь, он тот, кто поглотит её, тот, кто убьёт её, но об этом знаю только я. Чёртовы семейные архивы!