[4] Я здесь… Я здесь готовлюсь. Простите, господин, я плохо говорю на высоком (настоящем, истинном)… (язык дроу)
[5] К чему? (язык дворфов)
Глава 4 (часть 3)
– Я жду, – напомнил пятый принц.
«Конкурсантки», застигнутые появлением Хранителя в процессе прихорашивания, вяло потянулись на выход, усиленно подталкивая и подпихивая друг друга, но вместе умудряясь двигаться со скоростью подстреленной улитки. Дворфоподобная дева, которой было приказано оставаться на месте, сидела, вцепившись в стул, испуганно тараща глаза. По крайней мере, теперь Ирвин разглядела их цвет – уныло-серый с подозрительной желтизной.
– Ты где так научилась кулаками махать? – шепнул помощнице Ийур.
Вопроса девушка не расслышала, тем более кулаками-то, строго говоря, она как раз и не махала, а тут ещё одна из выгнанных красавец, плетясь мимо, наступила на подол, вдобавок толкнув, вроде как оступившись. Платье, которому и без того досталась в коридоре, понятное дело, треснуло, расходясь прорехой. Хорошо хоть, невысоко, у щиколотки примерно, иначе бы конфуз вышел.
– Ой, какая я неуклюжая, – пропела девица без намёка на раскаянье, глянув на помощницу злобно и с плохо понятной завистью.
– Ничего страшного, госпожа. Это моя вина, – в очередной раз согнулась в поклоне Ирвин, прикидывая, как она станет объясняться с гардеробщиком каравана и есть ли у него в запасе ещё один церемониальный наряд, который ей подойдёт.
– Вот и я так думаю, – мурлыкнула Крылатая, лебедем проплывая мимо.
– Стоять, – негромко приказал Рэнар. Дурнушка, смахивающая на дворфа, вскочила со стула, а остальные, и без того стоявшие, на всякий случай вытянулись во фрунт. – Ты толкнула мою помощницу.
Вообще-то, Огнекрылый к ним спиной был и произошедшего видеть вроде бы никак не мог.
– Я случайно, – ещё слаще покаялась претендентка, приседая в изящном реверансе, ухитрившись взметнуть покрывалами, как бабочка крыльями, а – заодно уж – продемонстрировать спине господина Хранителя высочества обнажённые плечи и то, что пониже, едва прикрытое шелком.
На вкус Ирвин красоты там было немного, аристократки вообще отличались худощавостью – что Крылатые, что альвы с дроу. С другой стороны, такое сложение вроде бы нравилось мужчинам. И со всех сторон, мнения личной помощницы никто не спрашивал.
– Бывает, – согласился Хранитель, не оборачиваясь. – За случайность выплатишь её десять золотых. Да, и сообщи своему отцу, тебя я больше видеть не желаю. И никого из вашего Дома.
– Ваше избранное высочество… – не на шутку перепугалась красавица, заметно дрогнув в колене и едва не завалившись набок, встать-то ей никто не предложил.
– Ты толкнула мою помощницу, – размеренно, даже монотонно повторил принц. – Ко всему, что принадлежит мне, другие имеют право прикасаться исключительно по моему же приказу. Уяснила? Пошла вон.
– Ваше избранное высочество! – всхлипнула девица.
– Ийур, удали лишних.
– Ваше избранное высочество, – решилась-таки подать голос Ирвин, – госпожа на самом деле…
– Я тебя спрашивал? По-моему, нет. Так что продолжай демонстрировать хорошее воспитание, его, может, и оценят. Теперь ты. Как зовут? – скучливо поинтересовался Рэнар у страшненькой кандидатки в Наречённые, успевшей забиться в угол.
Огнекрылый ногой выдвинул стул на середину комнаты, уселся, закинув ногу на ногу, а руки сунул в карманы брюк, при этом совсем неприлично задрав мантию – ответ принца явно не интересовал.
– Госпожа Ольрэ, – помедлив, всё-таки ответила девица неожиданным баритоном, – я из Дома Первой росы.
– Не помню таких, – задумчиво заметил Рэн, рассматривая потолок. – И зачем ты понадобилась госпоже Арен?
– Я? – совсем уж перетрусила «прелестница». – Я не… Нет!
– Ну как же нет, когда да? – вяло удивился принц. – Хотя какая, в бездну, разница? Приказано тебя выбрать, значит, выберем. Но протокол надо соблюдать. Так, личная помощница?
– Вы абсолютно правы, ваше избранное высочество, – выдавила сквозь зубы Ирвин.
– А я всегда прав, – безмятежно отозвался принц. – Знать бы ещё, куда пропал Таши. У нас жрецы кончились? Вроде этого добра всегда хватало.
– Здесь, здесь Таши. Просто я умею появляться в нужный момент, – сообщил рыжий, втолкнув в комнату молоденького, слабо упирающегося жреца.