– А, да! – шлёпнул себя по лбу Таши. – Госпожа Ольрэ доставлена в целости и сохранности, как и было приказано.
Закутанная снова всхлипнула и бурно разрыдалась.
– Ну… – протянул рыжий, потирая переносицу, – в целости же. Па-адумаешь…
Рэнар коротко глянул на Ирвин. Мог бы и не смотреть, помощница без него догадалась и успокоительное из кармана достать, и чистые платки, и флягу с водой. От оранжевого, жутко воняющего дешёвыми духами покрывала, она тоже избавилась без посторонней помощи, хотя рыдающая девушка и сопротивлялась, правда слабо.
Это действительно была девушка, даже девочка, скорее. Их родство с лихим братцем Ольрэ, причём очень и очень близкое, никто бы оспорить не смог. И если Ирвин раньше допускала, что в Таши всё-таки осталось что-то нормальное, почти человеческое, теперь все сомнения отпали – козёл он самый настоящий. То есть Крылатый.
Под покрывалом обнаружилось что-то очень откровенное и откровенно вульгарное, лицо деве расписали не хуже, чем марионетке, на голову нацепили чёрный парик, сделанный, кажется, из палубной швабры, а сверху щедро сбрызнули великолепие приторно воняющей пакостью.
– …выкрасть-то её оказалось делом плёвым, – вещал явно довольный собой красавец, пока помощница осторожно оттирала с зарёванного лица слёзы, сопли и куски дешёвой краски. – А дальше куда? Я отсюда вылезти-то с трудом сумел, чуть не засекли, а возвращаться как, да ещё и не одному? Хай бы подняли. Ну я её на плечо и в ближайший бордель. У девочек тряпки прикупил, привёл эту в надлежащий вид и скандальчик замутил. Так, не очень большой. Пара морд пострадала, да дверь вынесли. Ещё бутылки, вроде бы побили. И кабатчика. И стол. Его не побили, конечно, разломали, да не суть.
– А зачем скандал устроил? – очень плохо скрывая восторг, спросил Ийур.
– Эх, молодёжь, всему вас учить надо, – снисходительно усмехнулся Таши, шикарно перекидывая лохматую косу за спину. – На скандал, мальчик мой, прискакала городская стража. Я погромче поорал, что, мол, из ближней свиты Хранителя, там и наши подтянулись. В смысле те, кто за нами приглядывает по приказу прекраснейшей госпожи Арен. И вот тут я с полным правом бордель покинул, как бы прихватив с собой девицу. То есть госпожу Ольрэ. Ну, вроде как госпожа девица… Тьфу ты! Вроде как госпожа Ольрэ – это местная девица, из того борделя прямо. И я вроде её с собой и прихватил. Понятно?
– И теперь все уверены, что ты приволок в ближнюю свиту Хранителя гулящую девку, – мрачно закончил за него Рэн.
Сидящая девушка, начавшая было успокаиваться, зарыдала ещё пуще.
– Нет, ну а чего? – озадачился рыжий. – Я не имею права на собственные слабости? А, может, я её решил вон Мар’рату подарить? Чтоб, значит, утешала Утешителя. По-моему, гениально. Надо ещё…
Ирвин, сидящая рядом с девушкой на корточках, обернулась через плечо, глядя на красавчика. Лучезарно улыбающийся Таши снизил накал сияния, подтух, а потом и вовсе задвинулся за кресло Огнекрылого.
– А из того заведения вы куда отправились? – улыбаясь не менее солнечно, поинтересовалась Ирвин.
– Так в другой… В другое заведение пошёл, – робко пояснил Таши. – Для достоверности.
– И госпожу с собой прихватили?
– Ну да. Вернее, нет. Она, понятно, в соседней комнате ждала. Что я?!.. Ты за кого меня принимаешь? Я вина ей принести велел, пироженок там, фруктиков. На замок, понятно, запер, а так все удобства! Я же не…
– Ваше избранное высочество, – Ирвин проникновенно, эдак просяще посмотрела на Хранителя.
Принц ответил ей взглядом исподлобья, то есть из-под маски.
– Упал-отжался? – вконец убитым тоном уточнил рыжий красавец.
– Начнём с этого, – кивнул Рэнар.
– Градус идиотизма повышался, – буркнул Мар’рат.
– А мне нравится, – совсем уж тихо пробормотал Ийур, на всякий случай отходя к закрытым дверям.
– Эй, а со мной-то теперь что? – подал голос предусмотрительно молчавший до этого «Наречённая».
– Если они с сестрой одеждой поменяются, да и отправить восвояси?.. – не очень понятно предложил Утешитель, поигрывая кинжалом.
– То его сразу в оборот и возьмут, – покивал без малейших усилий отжимающийся Таши, – не успеем мы за ворота выехать. И под поменянную одежду точно заглянут, к жрецу не ходи. А там у нас не девочка, там у нас мальчик.