– Ты не должен выглядеть таким счастливым, – сердито уколола его Эбби.
– Ничего не могу с собой поделать. Не расстраивайся, дорогая. Ты привыкнешь, вот увидишь. Теперь я смогу по-настоящему защищать тебя. Однажды ты поймешь, что я поступил правильно.
Эбби пристально взглянула на него, потом задумалась и опустила глаза. Зак взял ее за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.
– Я думаю…– тихо сказала Эбби.
– О чем? Скажи мне, Эбби, о чем ты думаешь?
– Я? Думаю, что ты совершил мужественный поступок, женившись на мне. На «белой дикарке». Почему ты решил жениться на мне, если кругом полно более подходящих для тебя женщин?
Зак задумчиво посмотрел на нее. Этот вопрос он задавал себе много раз. Поверит ли она, если он скажет, что беспокоится о ее судьбе? Или просто посмеется? Он подумал о том, что и сам пока еще ничего не знает. Он просто взял Эбби за руку и повел ее к рядам аккуратных маленьких домиков через учебный плац.
– Холодно, Эбби. Здесь нам больше нечего делать. Пошли домой. Больше я пока ничего не могу сказать тебе.
– Куда ты меня ведешь?
– В наш новый дом. Я перебрался из старой квартиры в дом для женатого офицера. Большинство женщин уехали из форта при первом появлении индейцев. Несколько домов теперь стоят пустые. Вот мы и пришли. – Зак придержал дверь, пропуская Эбби вперед. – Надеюсь, тебе будет здесь удобно.
Маленький домик был похож на тот, который занимали Портеры. Он был обставлен простой мебелью. Кто-то позаботился и развел в печи огонь. В гостиной довольно тепло.
– Он не похож на уютный вигвам, – тоскливо сказала Эбби, – но, ничего не поделаешь, должно быть, я со временем привыкну.
Она с интересом осмотрела все комнаты, удивленно заметила, что ее вещи кто-то принес из дома Портеров и аккуратно развешал и разложил в шкафах.
– Я попросил принести твои вещи, пока мы были в церкви.
Эбби вошла в кухню, одобрительно кивнула, увидев на полках ряды банок с консервами. Зак сообщил:
– Я приказал принести нам еду сегодня утром.
– Ты обо всем позаботился.
– Обо всем. Кроме того, умудрился уговорить тебя выйти за меня замуж.
Эбби почувствовала, как он требовательно глядел на нее и повернулась к нему. Взгляд Зака был напряженным, глаза сверкали. Он сделал навстречу ей шаг и Эбби почудилось, что она сейчас задохнется. Потом он шагнул еще, еще, и она ощутила его жаркое дыхание на своей щеке.
– Теперь мое согласие не имеет никакого значения, – хриплым от волнения голосом сказала она. Ей было очень трудно говорить, когда Зак стоял так близко. А думать она вовсе не могла.
– Я только хочу…– она должна сказать ему, что наконец ей пришлось примириться с их браком.
– Эбби, чего ты хочешь?
– Я никогда и вообразить не могла, что мне придется жить в деревянном доме и носить одежду белых женщин. Я не представляла, что мой муж будет белокожий и голубоглазый. Если бы я вышла замуж за Пестрого Мустанга, то не потому, что он жалел бы меня.
– Ты действительно считаешь, что мне жаль тебя? – голос Зака звучал хрипловато от сдерживаемых чувств. Эбби удивилась, ощутив его волнение.
– Я не вижу другой причины, – она по-прежнему упрямилась, не допуская мысли о том, что он интересует ее больше, чем ей хотелось бы этого. Если бы она не была чейенкой, а он не был бы бледнолицым…
Зак обнял ее и притянул к себе, осыпая горячими поцелуями. Ее полные красные губы властно манили.
– Неужели мужчина может так целовать жену, только жалея ее? – его губы и язык становились все более настойчивыми, требовательными, язык подрагивая, проникал во все уголки ее рта.
Эбби судорожно вздохнула и прильнула к Заку, почувствовав даже сквозь одежду, как он возбужден. Он хрипло застонал, подхватил ее на руки. Она протестующе вскрикнула, ощутив себя слабой и безвольной в его сильных объятиях. Но его жадные поцелуи заставили ее забыть обо всем. Теперь они, не были разными, и вместе с тем, отличались друг от друга. Эбби так хотелось поверить, что Зак любит ее. На краткое, безумное, безрассудное мгновение она поверила, что это так. Эбби почувствовала, что ее ноги коснулись пола, тело медленно сползало вниз вдоль крепкого тела Зака. У нее было ощущение, будто кости размякли. Она взглянула на постель и облизала губы прежде, чем смогла наконец выговорить:
– Сейчас только середина дня.
– Ну и что из того, – усмехнулся Зак, он привычно развязывал тесемки на ее тунике. – Я хочу раздеть тебя, Эбби. Хочу видеть тебя при свете дня. Невозможно терять время, когда любишь по-настоящему. Теперь ты моя жена, у нас в запасе есть ночь и день, а потом мне придется вернуться на службу.